Гарида решила слетать с нами. Драконы не любят переносить грузы, но одежда не тяжелая, так что… мы втроем плывем по морю, так быстрее, да и не увидит нас никто. Оказалось, что и Ярина, и Майя отлично плавают – они тоже в домик выезжали. Нет, не для тех развлечений, что их матери, а просто. Поваляться на берегу, отдохнуть, пикник устроить. Они с детства привыкли. Тогда и плавать научились. Это мне повезло, а то Кайа, к примеру, до сих пор плавает только сверху вниз.
Итак, Гарида летит над нами с одеждой, заодно предупредит о кораблях или рыбаках, если что, там на пляже отдает вещи, мы одеваемся, и Ярина идет в дом. Кто бы там ни был – она разберется. Или мы сразу поговорим с Евгенией Лонго, или доедем до города и поговорим…
И легким этот разговор не будет. Точно.
Плыли, доплыли и приплыли. С приплыздом вас, дорогие товарищи.
Это я так, зубами на пляже щелкаю, переодеваясь под прикрытием драконьего крыла. Ярина уже ушла в домик, а мы с Майей ждем. И еще с четырьмя драконицами. Вдруг нам на слово не поверят?
А с моря еще и ветерок прохладный, хорошо еще, я мокрое белье сняла. Но все равно…
Хочу пластиковый пакет! Вульгарный и непромокаемый! Чтобы запихнуть туда шмотки и забыть про них! А пакета нет.
– Посушить?
Я с сомнением посмотрела на Виолу.
– Я потом без белья не останусь?
– Можешь. Я попробую осторожно…
Я решительно выжала белье и запихнула в карман. Попробует она! Лучше с мокрыми трусами, чем вообще без трусов. Не брала я с собой запасные!
Ждать пришлось недолго. От полоски леса к нам направлялись уже две валькирии.
Ярина явно пошла в маму. Если их рядом поставить – сразу ясно, чья тут дочка. Те же стати, те же обводы, то же выражение лица. Разве что волосы у Евгении Лонго каштановые, а у дочери черные. Но остальное один в один.
И судя по лицу Евгении…
Если бы не драконицы, досталось бы нам за неуместную шутку. Но четыре здоровущих ящера на пляже как-то придавали истории основательности. Ярина спокойно подошла к своей Эйре, коснулась красного носа.
– Мам, это моя Эйра.
Эсса Лонго высказалась в ответ.
Хм, половины слов я в этом мире еще не слышала, может, другой язык? Непереводимая игра слов?
– Мама, мы случайно.
Вторую половину слов я тоже пока не слышала. И шагнула вперед.
– Эсса Евгения Лонго? Будем знакомы, эсса Каэтана Кордова.
– Мне от этого должно быть легче?
– Мне точно не легче. Но Выбор уже сделан, я от дракона не откажусь, подозреваю, что и Ярина тоже не сможет.
– Не смогу, – согласилась Ярина.
– Я не верила.
– Эсса Лонго, мы можем устроиться здесь, на берегу, или вы нас пригласите в дом? – решила не тратить время на вежливость я.
Эсса Лонго думала недолго.
– Дайте мне десять минут, я всех отошлю. Драконы с вами?
Я поглядела на Виолу, та на меня.
– Виола сказала, что им незачем идти с нами. Они будут рядом со столицей. Эйра и Лориса будут залетать в этот дом раз в три дня.
– Их надо кормить?
– Сами прекрасно прокормятся. Если оставите им пару мясных туш, они возражать не будут, но рыбы в море хватает, а драконы ее любят.
– Понятно. Через три дня от сегодняшнего?
Драконицы подтвердили кивками.
Евгения задумалась и махнула рукой.
– Тогда, девочки, вы идете со мной, я сейчас отошлю лишние уши и побеседуем.
Лишними ушами оказались трое слуг и симпатичный парень, который явно был взят для компании. Серенады петь или стихи читать – на стати Евгении он глядел с таким восхищением, что становилось ясно: поэт и муза. Или художник и натурщица. Как-то так.
Вот его Евгения и отослала в своей карете. Мы остались в доме вчетвером – и я опять начала рассказывать все с самого начала. Почти.
С того момента, как я решила посмотреть на драконов, а попала под Выбор Виолы.
Про визит санторинцев, болезнь драконов, про поездку в столицу…
Попробовала не говорить о наших планах, но потом махнула рукой. Да, едем. То есть летим в один из храмов Аласты. Потом к Варту. Или наоборот, как удобнее будет. Посмотрим.
Вернемся сразу в академию.
Евгения Лонго мне понравилась. Про таких в мое время говорили: «Баба с яйцами». Правда, мне при этом всегда представлялась картина: русская баба, которая тащит на горбу корзину яиц. Дом, муж, дети, родители, работа, ответственность… одно неверное движение – и ты вся в яичнице.
Слушала она молча, барабанила пальцами по столу.
Потом задала тот же вопрос, который сразу заинтересовал меня.
– Получается, что эссы-драконарии и эсы-драконарии равны в правах?
– Абсолютно.
– Что вы собираетесь делать, когда об этом узнают?
Я скромно развела руками.
– Не знаю. Выход один: мы должны стать сильнее врагов. Но как это сделать, я не придумала.
– Никак.
– Вариант у меня есть, – честно сказала я. – Но потребуется вложение денег.
– Что за вариант?