Люда быстрым шагом направилась к кофейному аппарату. Выбрала кофе, понадеявшись, что он здесь не будет очень уж отвратительным, и вдобавок — жутко калорийный шоколадный батончик, решив, что уж сегодня-то она может себе это позволить. Эля была права - неизвестно, на сколько всё это затянется.

Не захотев дразнить Элеонору, ей ничего этого было нельзя, Люда выпила и съела все тут же, в коридоре. Переоделась в туалете, сменив деловой костюм на удобные штаны с футболкой, соорудила из волос гульку и вернулась в палату.

А вернувшись, увидела странную картину: бледного, в полушаге от обморока, Егора и улыбающуюся Элеонору, поглаживающую мужа по спине.

- У вас тут всё изменилось, пока меня не было? Сейчас Егорыч рожает, а ты его успокаиваешь?

- Люда, у тебя там телефон надрывается просто. Звонит без остановки! - сообщила Эля, кивнув на сумку подруги.

- Девочки, я не знаю, как вы это терпите! - простонал Егор, открывая трясущимися руками бутылку воды.

- С любовью и трепетом, - Люда хмыкнула и всучила Егору свою сумку с вещами, уточнила, обращаясь при этом к Элеоноре:

- Сколько минут между схватками?

- Девять.

- Ага. Хорошо, - согласно кивнула, подошла к раковине, вымыла руки и, обращаясь на этот раз к Егору, скомандовала:

- Всё, вали уже отсюда куда подальше, болезный! И сумку мою унеси к чертовой матери. Не до телефона мне сейчас будет. Кому надо, я сама потом перезвоню.

- А вдруг что-то срочное? - Егор, казалось, был только рад тому, что его выгоняют. - Ну всякое ж бывает. Пароль скажи от телефона. Ты ж меня знаешь, я читать твои переписки не буду.

- Поверь, ничего нового ты там не найдешь, - хмыкнула Люда в ответ. - Запоминай пароль: ноль, девять, двенадцать, ноль, семь.

В этот момент телефон в сумке Людмилы снова зазвонил, а Элеонора, часто задышав, тихо застонала.

- Всё, свалил уже отсюда нахрен, Егорыч! Мешаешь нам рожать. Видишь, твоя жена, боясь тебя напугать, сдерживается! Она сейчас орать должна, а тут ты. И выясни уже, кто там такой бессмертный? Названивает, сука, без перерыва!

Егорыч вылетел пулей в коридор, схватив в охапку вещи Людмилы. Лишь за ним закрылась дверь, Эля застонала громче, но явно ещё сдерживаясь.

Егор этого уже не услышал - телефон Людмилы опять разразился сигналом входящего вызова.

- Да кто ж там непонятливый-то такой! Раз Люсьена не отвечает, значит, сама тебе перезвонит, идиот! - бубнил, вымещая свой страх и стыд за себя на неизвестном оппоненте, названивающем подруге детства.

Егор с трудом, но нашел в необъятной сумке Людмилы телефон и, наконец, ответил на звонок.

Но стоило ему поднести трубку к уху, как услышал грозное, с порыкиванием:

- Отвечаю на Ваши беспочвенные претензии по спецификации: если будете так любезны и пролистаете до нужной страницы СВОЮ спецификацию…

Мягким и трепетным Егор был только со своей Элей, а потому, не дослушав, рявкнул в ответ:

- Людмила сейчас в родзале! Завтра она тебе сама перезвонит! А вообще, на будущее, запомни: хочешь, чтобы Люсьен тебя уважала - не навязывайся! Если не отвечает, значит, не может говорить. Как освободится, так сама тебя наберет. И, мужик, искренне желаю тебе остаться живым после этого.

Егор убрал звук на телефоне Людмилы и вернул его обратно в сумку.

- Вот же идиот, не знает, с кем связался?

В злом голосе звонившего сам Егор тоже не узнал того, кому давал совет.

- Где?

- В родзале?

Беркут-старший перевел удивленный взгляд с трубки телефона, лежащей на столе, на младшего брата.

Оба брата, услышав мужской голос, ответивший, наконец, на звонок, опешили. Первым в себя пришел Андрей.

- Она еще и беременная? Да твою ж мать! Кого они нам подсунули в партнеры? Нахрен! Отзываем свои подписи! Тем более что тут дамочке немножко не до нас.

- Не ори! - осадил Никита старшего брата. - Во-первых, раз эти трое гарантировали, что она справится, значит, уверены в ней. Во-вторых, я пробивал - и их фирмы, и её имеют высокие рейтинги. Ты же понимаешь, что с кем попало я бы не дал тебе заключать сделку?

- И?

- В-третьих, раз она уже в родзале, значит, не беременна.

- Пиздец как легче стало от того, что она уже родит к утру! Я не её ёбарь, чтоб радоваться.

- Ты не понимаешь, старший, - Никита улыбнулся, - это значит, что гормональных заскоков у дамы больше не будет. Раз тебе сказали, что она сама тебе позвонит, значит, ждем. Прям не кукла, а настоящая русская женщина.

- Ага, с фамилией Стампа!