В принципе, девушка ошиблась лишь в одном - чтобы утихомирить пьяного (и когда только успел) Димона, Васильичу хватило одного точного удара. Нанесен тот был ребром ладони в основание шеи, аккурат рядом с ключицей.

Димон, выпустив из захвата локоть Маши, стал оседать, но был тут же подхвачен худым с виду мужчиной и аккуратно усажен им на диван.

- Ребят, тут вашему другу плохо стало. Перебрал. Всё понимаю, с каждым может случиться, верно? - Игорь поочередно посмотрел на Миху, потом на Егора.

Друзья, переглянувшись, смотрели на взявшегося буквально из ниоткуда мужика и молчали. То, что мужик не так прост, как кажется - это было очевидно. Взять хотя бы этот его удар. Один единственный, между прочим! То, что Димон сегодня нажрался - это они все заметили, даже Люсьена, хотя уж она-то весь вечер не отрывала взгляда от своего телефона.

Незнакомый мужик тем временем продолжал:

- Пусть дружок ваш посидит минут десять, в себя придет. Вы уж тут покараульте, чтоб он лицо об стол не разбил. Как-то неловко получится - вроде солидный мужик, и вдруг бланш под глазом. А то и под двумя сразу, если он носом на стакан упадет. Не приведи господи, конечно, такому случиться, но мало ли.

- Спасибо, - первым пришел в себя Егор.

- Да без проблем! - Васильич улыбнулся одной половиной рта и, глянув сначала на Машу, потом на Дашу, уверенно и даже как-то по-хозяйски скомандовал:

- Нам пора, девочки.

Маша, удивив и Миху, и Егора, беспрекословно кивнула. Дарья недовольно фыркнула, но тоже встала из-за стола. Глянула виновато на Миху:

- Приятно было познакомиться!

- Погоди, Даш, дай хоть телефон свой. Может, сходим, кофе где-нибудь попьем или поужинаем, а?

- Знаешь, а на! Записывай! - не глядя на сурово сдвинувшего брови Васильича, Дарья подождала, пока Михаил выудит из внутреннего кармана пиджака телефон, продиктовала свой номер и озорно рассмеялась:

- Звони, фрезеровщик. Не знаю, как насчет поужинать, но кофе выпить я с тобой точно схожу.

Андрей, выходя из кабинета брата, улыбался. Широко, открыто и совершенно не заботясь о том, как это выглядит со стороны.

А зря, между прочим! Мог бы и о сотрудниках своих подумать.

Помощник бухгалтера Женечка, что вышла по какой-то своей надобности из кабинета, замерла столбом, забыв напрочь, куда и зачем она шла. А ведь всего-то, бедняжка, увидела идущего ей навстречу улыбающегося шефа.

- Доброе утро, Андрей Витальевич! - пролепетала она, обалдев от такого вида директора.

Сейчас даже изуродованное лицо и страшный шрам не так пугали девушку, как улыбка на губах того, кто никогда не улыбался. Во всяком случае, сама Женечка ни разу не видела улыбки на лице шефа.

- Доброе! - ответил, не глядя на девушку и проходя мимо.

Андрей уже привык отвечать на приветствие, не глядя на людей. Считывать на лицах своих сотрудников отвращение или, что еще хуже, жалость он устал, а потому отвечал и не смотрел на человека.

Начальник и подчиненная поздоровались и разошлись. Ну как разошлись? Андрей скрылся в своем кабинете, а Женечка так и осталась стоять, где стояла.

Девушка замерла на секунду, вспоминая, куда она шла и зачем вообще вышла из кабинета бухгалтерии, перевела взгляд на папки в руках, тряхнула кудряшками и двинулась по коридору дальше, потрясенно шепча себе под нос:

- С ума сойти! Он умеет улыбаться! Это ж если кому рассказать, не поверят.

А Андрей, скрывшись за тяжелой дверью своего кабинета, прошел к рабочему столу, сел в кресло, открыл тоненькую папочку, что чуть ранее отдал ему Никита, и еще раз перечитал то немногое, что там было написано.

- М-да-а… Не густо, Людмила Витольдовна! Не замужем, детей нет. В беспорядочных половых связях не замечена, но и постоянного любовника тоже нет. Зато есть аж целых три друга детства. Небезызвестные нам Дмитрий Зимин, Михаил Кузнецов и Егор Федотов. Так, значит, да? - Андрей откинулся на спинку кресла, держа фото Людмилы в руках.

- А почему, кстати, нет постоянного? И красивая, и умная, и самостоятельная. Что с тобой не так, Людмила Витольдовна? - спросил, глядя на фото. - Или этим ты как раз мужиков и отталкиваешь, а? Понимают, что не вывезут такую роскошную женщину, и близко не подходят? Или есть любовник, но, по классике жанра, он женат, а ты страдаешь, любишь и ждешь, когда он уйдет от жены к тебе?

Посидел, задумавшись над вполне рабочей версией, и выдал:

- Да ну нах… Не верю! Не производишь ты впечатления наивной и терпеливой дуры!

Беркут еще посверлил взглядом фото красивой женщины, а потом, поддавшись порыву, вытащил из кармана телефон, нашел её номер и тут же, пока не передумал, набрал сообщение:

“Доброе утро. Очень надеюсь, что оно у тебя такое же доброе, как и моё”.

Ответ прилетел почти мгновенно. Это и удивило, ну и, чего уж там, обрадовало его: