— Железо — это кровь королевства, — с одобрением кивнул Ронан. — Это оружие и доспехи для моих людей.

— И плуги с косами для крестьян, — добавил Гидеон. — Это куда важнее. Но, ваша светлость, как вы сами сказали, штрек затоплен. По словам Борина, там воды на многие сажени вглубь. Чтобы осушить его, потребуются месяцы труда и сотни людей. У нас нет ни того, ни другого.

— Верно, — согласилась я. — Если мы будем действовать по-старинке. Но мы не будем.

Я развернула на столе большой лист пергамента, на котором был вычерчен мой финальный проект. Я видела, как мои соратники с недоумением уставились на сложную схему из колес, осей и веревок.

— Что это, ваша светлость? — осторожно спросил Гидеон.

— Это, мастер Гидеон, — машина. Водоподъемная машина.

Я взяла в руки уголек и начала объяснять, как учитель у доски.

— Посмотрите. Здесь, над шахтой, мы строим прочный деревянный ворот. На него мы устанавливаем большой горизонтальный барабан. — Я обвела деталь на чертеже. — Через барабан перекидывается бесконечная цепь или очень длинная веревка, к которой через равные промежутки прикреплены ведра. Нижняя часть цепи опущена в воду.

Я видела, что они все еще не понимают.

— А теперь главное. Ось этого барабана соединена с вертикальным валом. А к этому валу мы припрягаем лошадь. Или двух. Лошадь ходит по кругу, вращая вал. Вал вращает барабан. Барабан тянет цепь. Ведра зачерпывают внизу воду, поднимаются наверх, опрокидываются в специальный желоб и уходят пустыми обратно вниз. Непрерывный процесс. Одна лошадь сможет сделать работу двадцати человек.

Я закончила и посмотрела на их лица. Гидеон смотрел на чертеж с открытым ртом, его лоб покрылся испариной от умственного напряжения. Он пытался осознать эту концепцию. Ронан же, как практичный военный, сразу ухватил суть.

— Сила лошади… умноженная рычагом, — медленно произнес он. — Это… это может сработать.

Но больше всего меня интересовала реакция Кассиана. Он не выказывал удивления. Он рассматривал мой чертеж с тем же холодным, аналитическим интересом, с каким он изучал древние манускрипты.

— Конструкция логична, — произнес он наконец, нарушив молчание. — Принцип непрерывного подъема эффективен. Но у вас есть слабое место.

Он взял уголек и указал на главную ось.

— Барабан и вал. Вы собираетесь делать их из сосны?

— Это самое доступное дерево, — ответил за меня Гидеон.

— И самое непрочное, — возразил Кассиан. — Нагрузка на центральную ось будет колоссальной. Сосна быстро износится, треснет под напряжением. Весь механизм придет в негодность через неделю.

Наступило унылое молчание. Он был прав.

— Вам нужен дуб или, еще лучше, железное дерево, если сможете его найти, — продолжил Архимаг, и я поняла, что он не критикует, а… улучшает мой план. — Особенно для самого вала. Чем тверже и плотнее материал, тем меньше будет трение и потери энергии. При использовании железного дерева эффективность всей машины возрастет процентов на тридцать.

Он говорил на моем языке. На языке логики, физики и эффективности. Он не прибегал к магии. Он использовал знание. В этот момент он перестал быть для меня инквизитором. Он стал инженером. Коллегой.

— Мы найдем железное дерево, — твердо сказал Ронан, глядя на Кассиана с новым уважением. — Я отправлю своих лучших следопытов.

— Хорошо, — кивнула я, чувствуя, как надежда снова наполняет меня. — С материалами решено. Теперь — люди. Нам понадобятся не только солдаты для охраны и тяжелой работы. Нам нужны плотники, кузнецы. Нам нужны рудознатцы. Мастер Гидеон, отправьте весть Борину и другим оставшимся в поселке шахтерам. Предложите им работу. Не барщину, а работу за плату. Едой и долей от будущей добычи, если наше предприятие увенчается успехом.

Гидеон изумленно посмотрел на меня. Платить простолюдинам долей от добычи — это было неслыханно. Но он уже, кажется, перестал удивляться моим странным идеям.

— Они придут, — уверенно сказал он. — Вы дадите им не просто работу. Вы дадите им надежду.

Совещание закончилось. Мои люди, воодушевленные, полные энергии, разошлись выполнять приказы. Мы с Кассианом остались в библиотеке одни. Он вернулся за свой стол, но не взял в руки книгу. Он смотрел на меня.

— Ваш разум работает не так, как у других людей, которых я встречал, герцогиня, — произнес он задумчиво. — Вы видите не просто предметы. Вы видите системы, рычаги, связи между вещами. Это… необычный дар.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Он снова анализировал меня.

— Когда теряешь все, ваше высочество, — ответила я, используя свою легенду как щит, — и смотришь в лицо смерти, перспектива меняется. Начинаешь видеть, из каких простых деталей на самом деле состоит мир. И как легко он может сломаться, если одна из этих деталей выйдет из строя. Мой прежний образ мыслей привел это герцогство к руине. Мне пришлось найти новый.

Он долго молчал, обдумывая мои слова.