Он не договорил. Вышел, закрыв за собой дверь.

Полина осталась одна на огромной кровати, среди сбитых простыней, пахнущих им и ночью страсти. Она пыталась понять, почему в сердце опять так пусто, почему его слова, которые должны были бы согреть, оставили только холод.

Душ совсем не помог.

Ни горячая вода, смывшая следы ночи, ни мягкий халат, пахнущий дорогим кондиционером, ни даже завтрак — яйца пашот с муссом из авокадо — изысканный, красивый, явно от личного повара. Полина ковыряла вилкой тосты и овощи, рассматривая тонкий фарфор чашки с кофе, и смотрела в одну точку на стене, где висела старинная гравюра с волчьей охотой. Кажется, она изображала, как оборотни изгоняют выползней из темных миров. Но славное прошлое клана не занимало. Особенно, если в нем не было будущего для глупой девушки из сгоревшего цветочного салона.

Полина ждала его. Игоря! И его решения!

Это было так унизительно — ждать мужчину, который вчера брал ее с такой жадностью, будто от этого зависела его жизнь, а на утро смотрел на нее с непроницаемым лицом. Но она ждала. Потому что волчица внутри не успокоилась. Она хотела его. Рядом. Близко. Внутри.

«Да почему ты опять все отрицаешь? Почему вы оба отрицаете?» — скулила и металась звериная часть, пока Полина задумчиво доедала завтрак.

* * *

Казалось, прошла вечность. Полина вышла из комнаты с недопитой чашкой кофе и прошла в кабинет или библиотеку возле спальни. По крайней мере, в этом помещении все стены исполосовали стеллажи со старинными книгами, а из мебели был только кожаный диван с ярким торшером и низким журнальным столиком возле него — явно место для чтения.

«Побуду старомодной… Отвлекусь от всего этого книгами», — подумала Полина, выхватывая наугад один из томов. Впрочем, чтение едва ли занимало ее. Ожидание превращалось в томительную пытку. Ожидание хоть какой-то определенности. Вскоре Она отложила книгу и переместилась с дивана на подоконник, устало глядя на сад.

«Ничего, если что… цветы все равно останутся моим утешением», — подумала Полина, прислоняясь лбом к холодному стеклу.

— Вот ты где! А я-то думал, в спальне сидишь, как мышка. — Игорь появился, когда Полина уже допивала кофе. Он вошел без стука — да он вообще никогда не стучался — и застал ее в белом махровом халате, с мокрыми после душа волосами, сидящую на широком подоконнике. Полина заметила, как он задержал взгляд на ее профиле. Любовался? Оценивал? Хотелось бы хоть что-то знать. Хоть что-то понимать после всего, через что они успели пройти.

— Не оделась? — буднично и холодно спросил он.

— Не успела, — ответила она, отставляя чашку.

— Успеешь, — сказал он, подходя ближе.

Каждая клетка тела затрепетала, а нервы натянулись струнами. Он не касался ее, но она чувствовала жар, исходящий от него, слышала его дыхание, ощущала его запах.

— Ты злишься, — сказал он. Он не спрашивал, потому что знал наверняка.

— Нет, — ответила она, не оборачиваясь.

— Злишься. Я вижу.

— С чего мне злиться? — Полина сжала яростно чашку. — Ты получил, что хотел. Зов утолил. Можно возвращаться к… другим?

Полина повернула голову и посмотрела на Игоря в упор, но картинка расплывалась. Само это слово — «другие» — заставляло содрогаться от отвращения и унижения. Она не хотела никому отдавать его. Но и неволить не могла. Потому что все в их отношениях, если это вообще так называлось, началось неправильно, со лжи. Игорь был в праве разыграть эту карту до конца, сказать, что он насытился и выпроводить после окончания войны с Озимым.

«Нет, только не говори этого!» — с надеждой подумала Полина, вслушиваясь в тишину. Игорь стоял в паре шагов от нее и молчал. Молчал так, что сердце замирало. Но потом он рассмеялся! Низко, хрипло и… удивленно.

— Ревнуешь? — спросил он.

— Нет, — отрезала Полина, стыдливо опуская глаза.

— Врешь, — сказал он, обходя кресло.

Он навис над ней, загораживая свет, и Полина смотрела на него снизу вверх, чувствуя, как сердце колотится все быстрее и быстрее. Он стоял так близко, что она могла разглядеть каждую морщинку вокруг его глаз, каждую тень на его лице.

— О каких «других» ты вообще говоришь? — мягко усмехнулся Игорь.

— Я… я не знаю.

— Ты моя! Как это еще доказать? Тебе мало того, что было в офисе? Так я пришел к тебе ночью.

— Ты мог прийти… и просто так, — растерянно пробормотала Полина. — Это ведь приятно и… и снять стресс.