— Попробую потянуть время. — Игорь нервно сжал рукоять меча.

— Ты не пойдешь один, — сказала Полина.

— Пойду. Это приказ, — отчеканил Игорь, и глаза его уже метали молнии. Похоже, он хотел высказать Бешеному все, что думает о его необдуманном решении.

— А я не подчиняюсь приказам, которые ведут на смерть! — гордо вскинув голову, отозвалась Полина. Она шагнула к Игорь и взяла его за руку. Его пальцы были холодными и слегка подрагивающими. Она чувствовала, как часто и тревожно бьется пульс под кожей на запястье.

— Мы вместе, — сказала она. — Или никак.

Игорь замер на несколько бесконечных мгновений, точно в нем боролись рационализм главы клана, босса корпорации, и слепая вера в древние пророчества и легенды об истинных. Потом выдохнул, шумно, обреченно.

— Ты невыносима, — сказал он.

— Знаю, — улыбнулась Полина.

— И я тебя не переспорю.

— Не переспоришь.

Бешеный хмыкнул, проверяя короткий меч причудливой неземной формы, снятый с седла мотоцикла. Похоже, этот тип всегда ездил вооруженным, скрывая это от человеческих властей магическим искажением Зеркала Измерения.

— Люблю, когда все решено, — хохотнул он. — Идем?

Они двинулись к опушке. Впереди, между стволами деревьев, как тараканы, мелькали люди Озимого. Сзади, за спиной, остался портал в обычный мир, вернее, на Зеркало. Только на самом деле обратного пути уже не было.

— Вот и они! — обрадовался Игорь, когда из портала выскочила первая группа оборотней в военной форме. Все из его клана. Но… их было слишком мало для штурма крепости. Всего пять бойцов, пусть и с мечами, в полной боеготовности.

«Ничего, хоть кто-то!» — немного успокоилась Полина, радуясь, что кто-то уже прикрывал тыл.

Игорь отдавал приказы подоспевшим боевым оборотням — тихо, быстро, четко. Полина слышала обрывки фраз: «заходите слева», «не рассредоточиваться», «если что — прикрываете Полину». Она хотела возразить, сказать, что не нуждается в прикрытии, но слова застряли в горле.

В шею впились цепкие щупальца страха, липкие и холодные. Страха, но не за себя. За него. За своего альфу. Но он бы не позволил защищать его в ущерб безопасности жены. Это Полина понимала, снова ощущая себя обузой.

«Нет! Я не обуза! Я альфа с даром!» — уверенно сказала она себе самой, сжимая кулаки.

Игорь закончил отдавать команды, отпустил бойцов, короткими жестами указывая позиции для засады, и повернулся к Полине. На секунду его лицо, сосредоточенное и жесткое, подернулось тенью тяжких дум и сомнений.

— Иди сюда, — сказал он тихо.

Полина шагнула к нему и тут же оказалась в кольце его рук. Он сжал ее крепко, до хруста, почти до боли. Так, будто прощался навсегда.

— Только попробуй сейчас геройствовать, — прошептал он ей в макушку. — Только попробуй рисковать собой.

— Я не...

— Молчи. Слушай.

Она замерла, чувствуя, как бьется его сердце. Быстро, часто, взволнованно.

— Если с тобой что-то случится, — продолжил он, — я сожгу этот лес дотла. Я найду Озимого в любом измерении и убью голыми руками. Я...

— Игорь.

— Что?

— Поцелуй меня.

Он отстранился, посмотрел на нее. В его взгляде внезапно отразилось то, чего Полина никогда не видела — уязвимость. Уязвимость от любви к ней.

— Ты сводишь меня с ума, — выдохнул Игорь. И поцеловал.

Этот поцелуй не напоминал ни один из прежних. В нем не осталось ни жесткого собственничества их первой ночи, ни нежной благодарности утра, ни магического безумия оранжереи. Это был поцелуй на грани погибели. Над пропастью. Перед боем.

Он целовал ее так, будто хотел запомнить вкус ее губ. Так, будто боялся, что это в последний раз. Полина отвечала — жадно, цепляясь за его плечи, прижимаясь всем телом, чувствуя сквозь одежду жар его кожи.

Лиловый лес вокруг них, казалось, замер. Даже тени перестали двигаться. Мир сузился до губ, до дыхания, до рук, до двух людей, сжимающих друг друга.

Игорь оторвался первым. Отдышался, прижался лбом ко лбу Полины.

— Только живи, — прошептал она. — Пожалуйста. Просто живи.

— Ты тоже, — ответил он.

— Я постараюсь. — Он усмехнулся, но криво, невесело. Провел большим пальцем по ее нижней губе, задержался на секунду. — Идем. Нас… ждут.

Полина кивнула. Разжала пальцы, выпуская его руку. Сделала шаг назад. Волчица внутри нее сжалась, превращаясь в тугую пружину, яростная, готовая к прыжку.