— Представила, не верю, — пытаюсь отойти от Тарасова.

— Да подожди ты, что мы с тобой как чужие люди, — тянет меня обратно Игнат. — Все, чего я прошу, поверить мне, и сразу все станет легче. Сонь, я правда ничего не помню.

— Слушай, Тарасов, какая удобная позиция, — начинаю заводиться я. — Сделал ребенка — не помню, спал с другой — не помню, ты сам-то себя слышишь?

— Понимаю, что звучит как бред, но Сонька, я же тебя люблю! Мне никто не нужен кроме тебя! — вдруг говорит Игнат.

— Ничего себе, какие слова, — качаю головой. — Все я понимаю, Тарасов, но и ты меня пойми. Ты бы поверил в этот бред, если бы я была на твоем месте?

— Я бы по крайней мере постарался это сделать, а ты рубишь не разобравшись. Ты даже мысли не допускаешь, что я не виноват.

— Эта самая мысль даже не приходит мне в голову, — сердито фыркаю в ответ. — Отпусти меня, Тарасов, я видеть тебя не хочу.

— Значит, всё? Ты так решила? — зло улыбается Игнат. — А если потом жалеть будешь, когда я всё же докажу тебе правду?

— Надеюсь, что не буду. И пока я буду на отдыхе, будь добр, поменяй замки в доме и отдай ключи маме. Себе можешь оставить свою любимую дачу, я на нее не претендую.

— Да подавись ты своим домом! — психует Тарасов и достаёт из кармана куртки ключи. — Вот, возьми, нет у меня больше ключей, и замки не придется менять. Я докажу тебе, что ничего между мной и Лерой не было. Ну а если ты заняла такую принципиальную позицию, больше за тобой бегать не собираюсь.

— Как мило, ты облажался, а я виновата.

— Я виноват лишь в том, что по пьяни решил поиграть. Сам не понимаю, зачем мне это было нужно. А ты, зная меня столько лет, даже мысли не допускаешь, что я говорю правду. Извини, Соня, но я тоже не железный, и терпение у меня на исходе. Не собираюсь бегать за тобой и постоянно умолять о прощении.

— Так не бегай, я тебя просила об этом? — смотрю в глаза Тарасова и вижу там печаль.

Сомнения в моей душе поднимаются на новый уровень. Я вроде бы хочу верить ему и не могу. Ну никак не могу, и всё тут!

— Значит, это конец? — глухо спрашивает Тарасов.

— Это конец, Тарасов. Я тебя больше не люблю.

Игнат какое-то мгновение смотрит на меня, затем кивает.

— Будь счастлива, — произносит он и отворачивается, чтобы уйти.

— И ты будь счастлив, — почти шёпотом отвечаю ему, но вряд ли Игнат меня слышит.

Смотрю, как уходит, ступая твёрдой походкой на выход, даже не обернувшись. Сглатываю болезненный ком в горле и иду в зону вылета. На душе так тоскливо, что выть хочется. Всё же я любила его и люблю. Наврала, чтобы отстал со своими признаниями, которым я больше не верю. Но любить этого мужчину я не могу перестать, не получается лишь по одному моему желанию.

В самолёте сразу всем разносят шампанское, пока ещё идёт посадка. Хорошо, что мне достался билет в бизнес-класс, пусть и за бешеные деньги. Рядом со мной кресло пока пустует, и я устраиваюсь удобнее, сняв кроссовки, подобрав под себя ноги. Прошу у стюардессы плед и сразу его получаю. Каких-то десять часов, и я буду там, где тепло, даже жарко. Лазурный океан, экзотические цветы и вкусная еда. Чем не лучший способ залечить свои сердечные раны?

Делаю глоток шампанского, что дают только в бизнес-классе, выбираю из предложенного меню блюдо, которое хочу на ужин, и когда стюардесса отходит, смотрю на мужчину, который идёт по проходу, перебросив через руку пиджак. Он тоже встречается со мной взглядом и внезапно расцветает улыбкой. Удивлённо приподнимаю брови, наблюдая, как мужчина садится рядом со мной на соседнее кресло, поворачивается.

— Привет, Сонька, не узнала? — улыбается во все тридцать два зуба.

— Влад? — с сомнением произношу я, едва вспоминая в этом красавце своего бывшего одноклассника. — Кравцов?

— Он самый, — улыбается бывший одноклассник. — Нет, ну это точно судьба, я надеюсь, ты со мной летишь, а не в другую сторону?

Секунду соображаю, о чём он говорит, а потом из меня вырывается нервный смешок.

— Очень смешно, — улыбаюсь ему.

— Ну что, тогда с наступающим? — протягивает мне свой бокал с виски, который только что принесла ему стюардесса.

— Н-да, судьба…

— Ещё какая шутница, согласен, — смеётся Влад, чокаясь со мной. — Полет будет приятным.

— Боюсь, что да, — хихикаю как дурочка в ответ.

Да, полёт будет, несомненно, приятным.

Влад Кравцов