Дни летели, ночи тоже. И однажды утром я поняла, что снова могу дышать и думать о чем-то еще, кроме того, что моя жизнь разрушена. Нет, я не перестала любить Кайена. Никогда не перестану. Но смирилась с тем, что мне больше нет места в его жизни. Если бы могла, то отдала все, что у меня есть, лишь бы вернуться к нему. Но…

В один из дней меня подцепил под локоток лорд Хельгурд и позвал прогуляться. Обычно он к нам с Мартой не лез, полностью самоустранившись, а порой вообще пропадая на несколько суток, а тут вот проявил инициативу.

Мы молча дошли до беседки в отдалении от дома, маг пропустил меня вперед и жестом предложил присесть. Сам сначала постоял, глядя вдаль, после чего повернулся и со вздохом опустился на скамью напротив.

– Леди Розалинда, вы слышали историю о правящей семье пантер? Из второго княжества оборотней, которое прекратило существование много лет назад?

– Да, лорд Хельгурд. Мне Ясмина рассказывала и… Кайен немного.

– Да. Так вот. Я, как вы знаете, маг и прожил намного дольше, чем те, кто родились одновременно со мной. Я помню еще те события и факты, о которых давно уже никто не вспоминает или считает слухами. Вы знаете, что последняя наследница рода Ольвиардт исчезла, и никто не смог ее найти ни живой, ни мертвой. Все стали думать, со временем, конечно, что она тоже стала жертвой и осталась среди неопознанных трупов. Тогда погибло много народу, в том числе детей. Но однажды я столкнулся с одним человеком, тоже магом. И он случайно в беседе обронил, что слышал о том, что кто-то из наших с ним коллег гостил в те смутные времена у пантер. И якобы позднее его видели с маленькой смуглой черноволосой девочкой. Пантеры все такие, расовая особенность.

– И? – поторопила я, так как лорд замолчал.

– И всё. Больше ничего, леди Розалинда. И я стал копать… Мне удалось найти других очевидцев, которые подтвердили, что в разных местах в разные годы сталкивались с немолодым господином, магом, и у него была воспитанница – смуглая брюнетка со светло-карими глазами. Возраст девочки называли разный, и он совпадал с тем, какой был бы у маленькой княжны Камелии, если бы она выжила. У Ольвиардтов традиция – называть девочек цветочными именами: Розалия, Камелия, Ирис, Мелисса, Жасмин и так далее. И звали воспитанницу мага – Лия. Созвучно, да?

– Вы считаете, это была она? Маленькая княжна?

– Да, я так считаю, леди Розалинда. У меня есть для этого все основания, хотя меня никто не воспринимал всерьез. Впрочем, к тому времени, когда я занялся поисками, Камелия уже давным-давно была не девочкой, а взрослой женщиной. Следы ее затерялись где-то в Ондалии, очень далеко от княжества оборотней, но я не терял надежду. У меня на руках остался осиротевший малолетний княжич, мне приходилось разбираться с правлением сдвоенными территориями, ведь далеко не сразу пантеры смирились с тем, что вся власть теперь у снежных барсов. Это сейчас всё в целом хорошо, а даже лет двадцать пять назад было сложно.

– Ну и как же вы намеревались найти потомков княжны Камелии, если ее следы затерялись? – Я невольно заинтересовалась рассказом.

– Я не только маг, леди Розалинда, но еще и оборотень. Я чувствую кровь. Даже не знаю, с чем сравнить…

– Для чего вы мне об этом рассказываете? – облокотившись локтем о перила, спросила я.

– Да, зачем? – хмыкнул он. – Леди, вот представьте на минуту себя на месте… мм-м… спасенной княжны, чью семью убили. Ее воспитали вдали от родины, прятали и скрывали. Она выросла с ненавистью к снежным барсам. Потом у нее появляются дети, которым тоже приходится скрываться. Они – наследники древнего рода. По праву крови они законные правители, к тому же оборотни, но вынуждены жить как обычные люди, скрывая свою сущность. Как вы считаете, они ненавидели бы род Нэвисов, правителей барсов?

– Без сомнения.

– Именно! А что, если бы правнучка или праправнучка княжны по каким-то причинам оказалась вне семьи? Воспитывалась в другом месте и о родовой вражде не знает? Даже о том, что она княжна Ольвиардт, не подозревает?

– Тогда у нее нет причин ненавидеть Нэвисов и барсов в целом, – пожала я плечами. – Раз она ничего не знает.

– Леди, знаете, почему я выбрал на балу вас? Именно вас, а не других девушек, коих там было очень много?

– Вы говорили про типаж…

– Да. Взгляните вот на это, – протянул он мне медальон с миниатюрой.

Глава 25

С портрета смотрела красивая смуглая девушка с роскошной гривой черных волос, медово-карими глазами и чувственным ртом.

– Это княгиня Виолетта Ольвиардт, мать маленькой княжны Камелии Ольвиардт. Видите, да? Тот же типаж, что и у вас. А еще меня зацепили ваши имя и фамилия, когда я просматривал списки выпускниц пансионов того года. Розалинда Торвальди. Смуглая кареглазая брюнетка с цветочным именем и фамилией… У вас никаких мыслей не возникает? Ольвиардт… Торвальди… Ольвиардт… Торвальди…