В ратушу мы ехали в ландо. Оказалось, Кайен таки заказал его для меня, но обновить мы не успели. Вот сегодня как раз впервые и прокатимся.

А на улицах города… толпы и толпы. Народ приветствовал своего господина и его супругу, бросая под ноги наших лошадей цветы. Снежный барс снисходительно наблюдал за ликованием своих подданных, не имея возможности как-то реагировать, а вот я улыбалась и махала рукой и за него, и за себя.

Близко к нам никого не подпускали, так как мы ехали в плотном окружении охраны, да и на крышах домов засели лучники, готовые расстрелять любого, кто проявит агрессию к княжеской чете. И все равно я нервничала, свежи еще были вчерашние воспоминания.

– А я ведь так и не успела приготовить тебе подарка, – шепнула я в чуткое пушистое ухо, приобняв своего барса за шею. – Даже народ подготовился, а я нет. Простишь меня, Кай? Я потом тебе обязательно что-нибудь подарю. Должна же я порадовать своего любимого котика.

Котику обещание понравилось, он лизнул меня в обнаженное плечо и потерся головой, вызвав рев восторга у толпы. Наверное, мы выглядели трогательно. Стройная смуглая брюнетка с высокой сложной прической, в роскошном белом платье, и огромный пятнистый ирбис, которому девушка в принципе на один зубок, а он к ней ластится.

В ратуше нас встретили Мелисса и Дилис.

– Госпожа, все готово, – поклонился нам секретарь моего мужа. Ну и мой по совместительству. – Государь, вы сегодня будете… так? – несколько озадачился он, взглянув на вышагивающего рядом со мной барса.

– Дилис, ваш господин дал обет Сияющему после знамения, что нам вчера явилось. Так что да, пока лорд Нэвис будет в таком облике. Не нам, простым смертным, рассуждать о воле богов.

– О-о! – выдохнул парень и снова поклонился.

Мелисса лишь прижала к губам руку, пребывая в восторженном удивлении от моих откровений. Сияющего барса оборотни чтили.

В украшенном цветами зале, куда нас проводили, уже присутствовали гости и стояли два трона с красной бархатной обивкой для княжеской пары. Только вот…

– Дилис, замените вашему господину место для сидения, пожалуйста, – обратилась я к секретарю. – Обет – это важно, но лорду будет некомфортно в таком облике на троне. Пусть принесут… оттоманку или софу. И непременно обтянутую красным бархатом, я видела что-то подобное в одном из помещений ратуши.

– Слушаюсь, госпожа, – поклонился он и умчался отдавать распоряжения.

Мы с Кайеном дождались, пока на глазах у изумленных гостей сменят мебель, и лишь после этого прошли и заняли свои места. Лорд Нэвис, князь оборотней, вальяжно разлегся на красном бархате софы, свесив одну лапу, а я величественно (насколько позволяли трясущиеся поджилки) опустилась на трон. Сзади и по обеим сторонам от нас встали одетые в парадные мундиры охранники. Вроде как почетный караул.

Я княгиня. Я княгиня. Я справлюсь. Главное, что Кайен жив, он рядом. Мы вместе переживем этот день. Я не подведу его. Сделаю все, что в моих силах, но никто не догадается, что его обличье зверя – вынужденное.

…Лорды и леди. Люди, оборотни, эльфы. Ушастого народа я раньше никогда не встречала и дивилась их невероятной, хрупкой красоте, роскошным светлым волосам и мелодичным голосам.

Послы и дипломаты. Представители королей дружески настроенных стран и ближайших соседей. Купцы и банкиры.

Гости шли и шли, подходили к нам, отвешивали церемонные поклоны, произносили торжественные речи, передавали дары. Поздравляли князя с тем, что он встречает свое тридцатилетие рука об руку с прекраснейшей из женщин. Это обо мне, понятное дело.

Многие искренне радовались, что владыка нашел себе супругу и власть у оборотней не сменится. И так непозволительно долго тянул, заставляя соседей нервничать. А ну как холостым останется? Кто тогда вместо него займет трон огромного княжества?

Глава 21

Были и фальшивые улыбки от посланников потенциальных тестей Кайена. Для них стало неприятным сюрпризом, что их принцессы были отвергнуты, а княгиней стала какая-то выскочка. И откуда только взялась? Кто такая? Почему о ней никто раньше не слышал?

Разумеется, прямо это не говорилось. Ну что вы, как можно? Язык дипломатии таков, что из целой речи порой всего пара слов являлась чем-то значимым, а всё остальное – кружева да позолоченная канитель. Но намекали, да. Глядя мне в глаза (ведь это я отвечала от имени мужа), улыбаясь и прожигая дырки в моем белоснежном наряде. Могли бы – спалили бы взорами, чтобы и пепла не осталось от чернявой девицы, что посмела занять место, предназначавшееся дочери их государя. И неважно, что переговоры ни об одной из восьми принцесс не были доведены до конца.