Диета Рэйна тоже претерпела изменения. По моей просьбе — нехотя, с видом мученика и с трагическими вздохами, от которых дрожали окна, — он перестал питаться человечиной и перешёл на другое мясо. Добывать его приходилось в ближайшем лесу, что Рэйн считал занятием унизительным.

— У оленя нет героического послевкусия, — однажды мрачно сообщил он.

— Зато у оленя нет семьи, которая потом явится к нам с вилами, — ответила я.

На этом спор был закрыт.

В последние несколько дней я стала чаще бродить по коридорам, разглядывая ветхие стены, покосившиеся и местами обуглившиеся рамы картин, потрескавшуюся кладку, дыры в потолке и обглоданные крысами скелеты.

Конечно, делала я это не одна.

Я таскала за руку сэра Персиваля.

Он был не просто сопровождающим, а весьма полезным помощником: стоило нам наткнуться на неровность пола, как Персиваль начинал тревожно дребезжать, терять составные части и вообще всячески сигнализировать о проблемном участке. Я подмечала такие места, надеясь в скором времени всё исправить.

Желание немного улучшить наше семейное гнёздышко появилось не сразу. Я и сама давно привыкла к разрухе, хаосу и тому, что в некоторых комнатах лучше не зажигать свечи, если не хочешь узнать, что именно шевелится в углу.

Но временами мне всё чаще казалось, что пышные шторы идеально вписались бы в интерьер. Что дыру в крыше можно красиво оплести лозой. Что Персиваля наконец следовало похоронить — ну или хотя бы сколотить ему приличный гроб в подземелье. А ещё на стенах можно было бы воссоздать пару эпических сюжетов.

Например, «Пленённая принцесса обретает власть над драконом».

Или «Рыцари приходят спасать Оливию, но Оливия занята ремонтом».

Персиваль был предательски брошен мной в одном из коридоров — кажется, у него как раз отвалилась левая голень, но это могло подождать, — а я со всех ног, путаясь в подоле длинного новенького-старого платья, помчалась в логово Рэйна.

Дракон лежал на горе драгоценностей. В отражении очков на его переносице поблёскивали золотые монеты, а прямо перед мордой парила небольшая книжонка, название которой я не успела разобрать. Да и, признаться, не очень хотела.

Рэйн закашлялся и резким движением лапы откинул чтиво куда-то далеко в сторону, когда я выбежала из-за полуразрушенной колонны.

— Дорогая, осторожно, упадёшь!

Он начертил когтем в воздухе какую-то фигуру, и я, охваченная мягким волшебным свечением, взлетела над полом.

Первые несколько раз я при таких внезапных полётах истошно визжала, хваталась за воздух и обещала развестись ещё до свадьбы. Но теперь уже привыкла, поэтому лишь обеими руками прижала подол платья, чтобы он ненароком не открыл всё самое сокровенное.

И меня ни капли не смущало, что совсем недавно я явилась к нему в одном бронебелье.

Это было другое.

Тогда я была стратегом.

Сейчас — приличной женщиной.

Глава 6

— Куда так спешишь, мышка? — Рэйн аккуратно чмокнул меня, когда я подлетела ближе.

— Нам срочно нужно сделать ремонт!

— Ремонт? — его морда сразу скорбно вытянулась. — Зачем?

— Я устала жить в разрухе! — надулась я. Потом подумала и поправилась: — Ну… или не устала. Мне просто хочется, чтобы наш дворец был красивым.

Я уже приготовилась приводить десятки, если не сотни надуманных, но весьма убедительных аргументов. О семейном уюте. О статусе. О том, что настоящая владычица замка не должна каждый день перешагивать через неизвестно чью берцовую кость.

Но Рэйн неожиданно просто согласился.

Правда, в его глазах читалось непонимание, перемешанное с лёгким опасением. Впрочем, с тех пор как я пыталась соблазнить его по трактату о драконах, он вообще нередко смотрел на мои идеи с опасением.

Быстро собравшись, я оседлала Рэйна — что звучит величественно только в песнях. На деле же мне пришлось с большим трудом взбираться на его мощную спину, цепляясь за чешую, выступы и собственное упрямство. Выглядела я как настоящий скалолаз.

Если скалолазы, конечно, покоряют вершины в юбках.

Рэйн лишь посмеивался и, кажется, уже в который раз думал, догадаюсь ли я когда-нибудь подниматься по хвосту.

Не дождётся.

Добраться куда-либо — само по себе непростое занятие. Но не тогда, когда у тебя есть прирученный могучий ящер. Или, как предпочитал выражаться сам Рэйн, «любимый крылатый партнёр стратегического назначения».

Полчаса — и мы добрались до ближайшего города.