— Я останусь, — он помолчал. — Если проклятие снимут, я хочу восстановить честь рода. Рассказать правду о Рионе. Чтобы мою семью больше не считали проклятыми.

— Мы сделаем это, — сказала я. — Вместе.

Он ничего не ответил. Просто взял мою ладонь в свою и слегка сжал. В этот момент слова были не нужны.

* * *

Два дня пролетели как одно мгновение.

Вэл раздобыла для нас тёплую походную одежду, провизию, фляги для воды. Ирис приготовила целебные зелья и показала, как пользоваться служебным выходом через оранжерею. Астраллион, рискуя быть пойманным, сделал для нас с Вольдемаром временные амулеты-невидимки — простенькие, которые работали всего час, но этого должно было хватить, чтобы покинуть территорию академии.

В последний вечер перед побегом ко мне в комнату зашла Вэл.

— Держи, — она протянула мне небольшой свёрток.

Я развернула. Внутри лежал тёплый вязаный шарф и маленький амулет-браслет — простой, но с ярко-синим камешком.

— Это на удачу, — сказала Вэл. — Эльфийская работа. Камешек — кусочек ночного неба, зачарованный на защиту. Не такой сильный, как твоя брошь от дерева Клариссы, но всё же.

Я обняла её крепко-крепко.

— Спасибо, Вэл. За всё.

— Только вернись, — прошептала она. — Обещай.

— Обещаю.

* * *

Ночью мы собрались у оранжереи. Ирис ждала нас у служебной двери, нервно теребя край мантии.

— Стража сменяется в полночь, — сказала она. — У вас будет около десяти минут, чтобы пересечь внешний периметр. Дальше — лес. Там вас уже не засекут.

Астраллион протянул нам амулеты-невидимки.

— Помните: они работают час. Не больше. Как только выйдете за периметр — сразу в лес.

— Спасибо, Астр, — я взяла амулет. — Ты много для нас сделал.

— Я верю, что вы справитесь, — он посмотрел на меня, потом на Вольдемара. — Береги её, Рергард.

— Берегу, — коротко ответил Вольдемар. И, помедлив, протянул ему руку.

Астраллион пожал её. Без вражды, без ревности — просто двое мужчин, которые оба хотели одного и того же: чтобы я была в безопасности.

Мы уже собирались активировать амулеты, когда из тени у стены оранжереи раздался голос — высокий, надломленный, полный яда:

— Как трогательно. Моя бывшая пара и его лесная подстилка бегут в ночь, как влюблённые голубки из дешёвого романа.

Я резко обернулась. У входа в оранжерею, опираясь плечом о стеклянную дверь, стояла Каирра. Она была не в форменном костюме, а в тёмном дорожном плаще, словно сама собиралась в путь. Её лицо — бледное, с заострившимися чертами — казалось вырезанным из мрамора, а в раскосых глазах горел лихорадочный огонь. Такой взгляд я видела однажды у одержимой магией травницы в нашем поселении — за день до того, как она сожгла собственную лабораторию.

— Каирра, — Вольдемар шагнул вперёд, заслоняя меня собой. — Уйди с дороги.

— Уйти? — она рассмеялась, и смех этот был похож на звон треснувшего колокола. — Я столько дней следила за тобой, Маль. За вами. Думаешь, я не знаю, куда вы собрались? Горный хребет, да? Старый алтарь? Артефакт-проводник? Я знаю всё. Каждую вашу встречу, каждую записку, каждый шёпот в библиотеке.

Я почувствовала, как внутри разливается холод. Она знала. Всё это время она знала.

— Ты следила за нами? — голос Вольдемара стал низким, опасным.

— Конечно, — Каирра шагнула ближе, и её губы растянулись в улыбке, от которой у меня мурашки побежали по коже. — Ты — мой, Маль. Ты всегда был моим. А эта ведьма… — она перевела взгляд на меня, и он был полон такой ненависти, что я невольно отступила на шаг, — она украла тебя. Опоила, околдовала, заставила забыть, кто ты есть.

— Меня никто не опаивал, — отрезал Вольдемар. — И я никогда не был твоим, Каирра. Ты придумала то, чего не было.

— Не было? — её голос сорвался на визг. — Мы были вместе! Ты смотрел на меня, ты держал меня за руку, ты позволял мне быть рядом! Я годами ждала, пока ты поймёшь, что мы созданы друг для друга! А потом пришла она — и всё разрушила!

Она выхватила из складок плаща стилет — тот самый, зачарованный, что я видела в день нашей первой стычки. Ирис ахнула, Астраллион напрягся, но Вольдемар опередил всех. Он шагнул вперёд, и его глаза полыхнули красным — не предупреждением, а обещанием.

— Опусти оружие, — произнёс он. — Сейчас же.

— Или что? — Каирра оскалилась. — Ударишь меня? Обратишься? Давай. Покажи этой ведьме, кто ты на самом деле — чудовище, которое не умеет любить!