– Не о чем переживать, вы под нашей защитой, – сказал один из охраняющих нас мужчин.

По его кивку другой молча вышел из комнаты. Должно быть, пошёл сообщать Десмонду о том, что удалось узнать со слов Али.

Интересно, а что сам Десмонд узнал от Савил? Что вообще он делал? Говорил с ней или?.. Может, всё дошло до пыток?

От этой мысли по коже пополз мороз.

Я последняя, кто станет осуждать его за такое, учитывая случившееся с Алией. Но всё же мне было сложно представить лорда Ранэра с каким-нибудь страшным орудием пыток в руках перед связанной женщиной.

Почему-то упрямо казалось, что он не из таких людей. Не из тех, кто обижает женщин. Он для этого слишком благороден. Даже если эта самая женщина покусилась на самое дорогое, что у него было.

Мурашки страха сменились теплом в груди.

Десмонд восхищал меня. Во многом, честно говоря. В своём отношении к дочери, к окружающим его людям… ко мне. В той ответственности, что он уверенно нёс на своих плечах. Дом, дочь, академия, постоянные покушения на Али.

Я не принесла в его жизнь проблемы, лишь добавила. У него их и до меня было пугающе много. И со всеми справлялся.

Он и с моими взялся разбираться.

Он безоговорочно заслужил мои доверие и уважение. Если бы он попросил о помощи – я бы помогла. В чём угодно. Вот только он не попросит. Слишком гордый и сильный, всё привык решать сам, полагается только на себя.

Я тоже так пыталась. Но оказалось, что не со всем можно разобраться в одиночку. И что в мире много добрых людей, которые готовы прийти к тебе на помощь.

И даже позвать в свою семью.

Я растрогано улыбнулась сквозь вновь появившиеся слёзы и осторожно погладила по спине уснувшую прямо на мне Алию. Мы сидели на диванчике в окружении слуг. Али наплакалась и вымоталась, вот и уснула, даже во сне не отпуская меня из объятий.

Она доверяла мне. Как и её отец. Его «Кали, возьми Алию» говорило о многом.

Хотела бы я такую семью. Где любят, ценят и оберегают друг друга изо всех сил, а не продают подороже, потому что магией не вышла. Или не пытаются соблазнить, говоря, что делают одолжение, потому что таким, как я, семья не светит, и мне следует принять того, кто по щедрости душевной решил меня не убивать.

От этих мерзких воспоминаний стало тошно и сухо в горле.

И именно в этот момент я со всей обречённостью почувствовала: отец идёт сюда.

Не знаю, откуда появилось это понимание. Просто пришло. Внезапно, холодной волной откуда-то со стороны. А за ним и эмоции – глухой гнев, ненависть, понимание, что нужно срочно что-то делать…

Эмоции перемешались, но я отчётливо осознавала – они принадлежат не мне.

У меня понимание о приближении министра вызвало лишь обречённость и опустошённость, а эти мрачные злые эмоции точно были не моими.

Как и мысль:

«Нужно увести девочек».

Я улыбнулась уголком рта и подумала:

«Куда?»

И почувствовала, как всё внутри напряглось и замерло. Не у меня внутри.

«Кали?», – недоверчивый вопрос от… Десмонда.

Прямо в моей голове. Я даже огляделась, его действительно не было в гостиной на первом этаже. Больше того – я отчётливо ощущала, что он сейчас находится в своём кабинете вместе с плачущей Савил и кучей охраны.

Семь магов. Я их не видела, но чувствовала, как и то, что у Десмонда были закатаны рукава рубашки. Я чувствовала и понимала всё, что сейчас происходило с ним.

Как такое может быть?

«Новый этап твоей связи с моей родовой магией, – отвечая на мой вопрос, подумал он со смертельной усталостью. – Я чувствую, что с тобой и Алией всё в порядке, но не хочу, чтобы ты присутствовала… здесь. Пожалуйста, попытайся вернуться в своё сознание».

Я понимала его просьбу, отголосками старательно скрываемых мыслей увидела малоприятный допрос Савил с использованием ментальной магии…

Но не могла не спросить:

«Отец идёт сюда?»

Отчётливо уловила нежелание Десмонда отвечать, но через несколько секунд услышала его голос:

«Да. Савил должна была переправить Алию прямо к нему, но не успела – мы вернулись слишком рано. Она рассчитывала, что у неё будет куда больше времени, ещё несколько часов нашей невменяемости и несколько суток перекрытого доступа к магии. Она даже не подозревала, что ты уже сталкивалась с этим вином и быстро поймёшь, что к чему».

«Зачем министр идёт сюда?»

«За Алией», – пришёл мгновенный мрачный ответ.

Но… я почувствовала, что он мне врёт.

Отец прекрасно понимает, что не сможет забрать дочь Ранэра в его доме. Он не стал бы рисковать и не пошёл просто так.

Если Савил говорила с ним и он каким-то образом понял, что здесь я…

Поняла, что подумала верно. Десмонд столь же хорошо слышал мои размышления, как и я его, и я по его реакции поняла, что так оно всё и было.

Мой отец шёл, чтобы обвинить Десмонда Ранэра в укрывании метаморфа.

«Я должна уйти», – поняла тут же.