Рейвен забралась следом и села напротив меня, прижимая к себе книгу ритуалов. Я заметил, как её пальцы погладили потрёпанный переплёт. Вероятно, перед сном она поискать информацию о том, как управляться с «эгоцентричным богом».
Я усмехнулся про себя. Удачи, маленькая королева!
Дорога заняла больше времени, чем я ожидал. Карета мерно покачивалась, колёса постукивали по булыжнику, и в какой-то момент я осознал, что Рейвен... заснула.
Её голова свесилась вперёд под совершенно невозможным углом. Шея, казалось, вот-вот переломится. И она храпела! Тихо, но отчётливо. Как во имя всего сущего, такая, казалось бы, благовоспитанная королева могла издавать эти жалкие, присвистывающие звуки?
Храп становился громче, пробирая до костей своей раздражающей настойчивостью. Я попытался не обращать внимания, но это было выше моих сил.
— Да чтоб тебя, — пробормотал я сквозь зубы и перегнулся через разделявшее нас пространство и осторожно прижал пальцы к её лбу, пытаясь откинуть голову на спинку сиденья. Но стоило мне убрать руку, как её голова послушно вернулась в прежнее положение. Упрямая даже во сне!
Придётся применять более решительные меры. Я пересел на скамью рядом с ней и обхватил её плечи и попытался прижать верхнюю часть тела к стенке кареты. Но она, словно нарочно, тут же соскользнула вперёд, и её щека прижалась к заиндевевшему стеклу. Храп усилился.
— Невероятно, — процедил я. — Как она может спать в моём присутствии! Ни капли почтения или страха!
Я переложил книгу ритуалов на скамью, и, развернувшись на сиденье, взял её за плечи, чтобы сменить положение. Моё предплечье при этом скользнуло по её груди. Тяжёлый плащ скрывал очертания, но выпуклости под ним были очевидны.
И в этот момент что-то произошло.
Моё сердце, которое за тысячелетия привыкло биться ровно и размеренно, вдруг дёрнулось и зачастило. Я замер, мысленно пытаясь проанализировать странное ощущение. Почему моё тело вдруг отреагировало так? Её запах заполнил мои лёгкие, проник в сознание. Кровь, ладан, едва уловимый запах пота на воспалённой коже.
Я снова попытался устроить её поудобнее, прижимая голову к углу кареты. Она нахмурилась во сне и издала тихий, страдальческий стон. И тогда, жар разлился по моему телу мгновенно, как лава. Он сконцентрировался внизу живота, и я с ужасом почувствовал, как кровь приливает к паху.
Ощущение было... ошеломляющим. Волна удовольствия, острая и пугающая, пробежала по телу, скручиваясь внизу живота тугой пружиной желания. Мышцы напряглись от незнакомого, первобытного голода.
Я общался со многими человеческими женщинами. В основном — с мёртвыми. За все мои редкие визиты в мир смертных, пожалуй, наберётся полсотни живых. Ни одна из них не вызывала у менятакойреакции. Неужели я ничем не лучше какого-нибудь похотливого смертного? Или одного из моих развратных братьев-богов, которые только и делают, что совокупляются направо и налево, плодя полукровок?
Эта женщинавырваламеня из моего мира. Заточила в мире смертный на целый год. Ударила по лицу. Оскорбляла. Командовала. И теперь моё тело... предавало меня.
Почему?Почемуя так реагирую на неё?
Она вздохнула во сне, пошевелилась и вдруг, не открывая глаз, повернулась ко всем корпусом и уткнулась головой мне в плечо. Её волосы коснулись моей щеки, запах стал невыносимо близким.
Если я сейчас пошевелюсь, она упадёт и проснётся. Нет, тогда она увидит моё состояние. Лучше замереть и сидеть неподвижно, как статуя и ждать, пока абсурдное наваждение пройдёт.
К счастью, её дыхание выровнялось и храп прекратился. Спасибо, хоть за это!
Я уставился на книгу, сиротливо лежащую на противоположном сиденье. Одна из немногих книг, где описан ритуал моего призыва. Кто знает, какие ещё мои секреты она хранит? Её придётся уничтожить, и как можно скорее.
Минуты тянулись бесконечно долго. И развлекая себя, я подбирал самые изощрённые, уничижительные прозвища для королевы, прижимающейся к моему плечу. А тело снова и снова предавало меня.