Я дошла до предела, ещё секунда и я взорвусь. Но только не при нем. Я зажала рот рукой, швырнула ритуальную книгу на диван и бросилась в ванную. Упала на колени перед унитазом, и меня вывернуло наизнанку.

Несколько раз содрогалась, всхлипывала, вытирала губы тыльной стороной ладони и подползла к ванне, дрожащими пальцами повернув краны. Вода хлынула потоком, и, о, слава богам, она была горячей. Мне нужно было смыть кровь.

Я лихорадочно срывала с себя одежду, а грудь ныла от тяжести горя, но всё ещё хотела кричать, но не могла. Сейчас я должна была добраться до воды.

Я села на край ванны, поджав колени к груди, дрожа, голая, и ждала, когда вода поднимется выше. Дыхание застревало в лёгких, я делала крошечные глотки воздуха и тут же выпускала их долгими, гортанными стонами. Отвратительные звуки, которых я не могла остановить.

В дверях раздались шаркающие шаги и дверь приоткрылась. Я резко обернулась, увидев Повелителя Мертвых, стоящего в проеме. Небрежно, как будто он имел полное право входить в ванную комнату королевы, пока она сидит голая на краю ванны и рыдает.

— Что ты здесь делаешь? — выкрикнула я, вытирая мокрый нос.

— Подумал, что ты умираешь, — он пожал плечами. — Хотел насладиться зрелищем.

— Пошёл ты, — выдохнула я. — Убирайся.

— Почему?

— Потому что я голая.

— Все входят в моё царство обнажёнными, — сказал он с таким видом, будто это объясняло всё. — Поверь, я видел все возможные варианты смертных тел.

— Убирайся отсюда!

— Как я уже говорил, я не подчиняюсь приказам, маленькая королева, — он вошёл в ванную, проводя пальцами по мраморным столешницам, поглаживая бронзовые краны у раковин, ощупывая края настенной плитки. — Если ты хотела уединения, следовало закрыть дверь и не призывать меня.

Я открыла рот, чтобы закричать на него, но он уже добрался до корзинки с мылом, стоявшей у края ванны. Он поднёс один кусок к носу и глубоко вдохнул.

— Пахнет вкусно.

Он взял другой кусок и вдохнул снова. Его длинные ресницы дрогнули, лицо, ещё секунду назад мрачное и надменное, вдруг стало удивлённым, почти детским.

— Звёзды надо мной, что это? — спросил он, поворачиваясь ко мне. — Я хочу такое же.

— Это мыло, — огрызнулась я. — Им моются. В ванне. Чтобы пахнуть потом.

— Я знаю, что это такое, — Араут говорил, не отрывая жадного взгляда от корзинки. — Я никогда им не пользовался. Как бы ни было нужды. Боги никогда не бывают грязными. Ну... — он помедлил, — некоторым нравится пачкаться. Но мне, видишь ли, нравится запах смерти. По крайней мере... — он задумчиво понюхал третий кусок, на этот раз с лавандой, — я думал, что мне это нравится.

Он вдохнул, и его лицо разгладилось. Хмурое выражение исчезло, сменившись чем-то умиротворённым, почти блаженным.

— В твоем царстве пахнет... смертью? — спросила я, и в голосе, помимо воли. — Я думала, там может быть... приятно и спокойно.

— Некоторые места довольно красивы, — ответил Повелитель Мертвых, всё ещё держа мыло в руке. — Я живу недалеко от входа, в области, которая впитывает запах разложения, который души приносят с собой в момент смерти. Но в глубине королевства — вечная молодость, изобилие, покой. Всё это получают те, кто был достоин.

— А те, кто не был достоин?

— Для них есть отдельное место: возмездие, боль, справедливость, — он посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, от которого мне вдруг стало жарко.

Я сидела на краю ванны, поджав колени к груди, но этого было достаточно, чтобы скрыть самое важное. Однако по тому, как его взгляд скользнул по моему телу, я поняла: он видит больше, чем я хотела бы.

В его глазах вспыхнуло что-то. И ему это явно не понравилось — он нахмурился, губы сжались, а потом демонстративно поднёс мыло к носу и глубоко вдохнул.

Его лицо снова разгладилось. Бог смерти, успокоенный куском лавандового мыла.

Истерический смех вырвался из моего горла и я зажала рот рукой, пытаясь сдержать его, но теперь меня уже нельзя было остановить. Я смеялась и рыдала одновременно, захлёбываясь собственными слезами, соплями, отчаянием и нелепым облегчением.

Глава 8

Араут