Даже не обманула на сей раз. Другое дело, что я в здравом уме сама Олега обратно «не приму». Но это уже нюансы.

– Он тебя называл фригидной и всем друзьям говорил, что ты абсолютно амебная. Если об этом знает Егор, то сколько ещё знакомых Олега в курсе вашей интимной жизни?

Меня начинает колотить. Вот значит как. Мой заботливый муженек распускал слухи о моей несостоятельности? Наверное, и развод обставил вполне очевидным образом: «У меня на неё больше не стоит ничего, что может стоять. А ещё она бесплодна».

– Понятно.

– И ты останешься с ним? – недоумевает Игорь.

– Зато он не пытается отобрать моего ребенка. И вообще, тебе пора идти. Ты тоже сюда пришел с конкретной целью. Так дерзай, наплоди кучу детишек своей роковой красотке.

– Роковой кому?..

На его лице появляется такое искреннее недоумение, будто не он ходит по кабинетам гинекологов и репродуктологов с брюнеткой, на лице которой написана вся её стервозность.

Я не считаю нужным отвечать. Делая вид, что мне безразлично присутствие Игоря, открываю кран и обдаю лицо холодной водой. Горящие щеки чуть остужаются.

– Я могу сходить в туалет по прямому назначению? – мило улыбаюсь Воронову, что застыл в дверях истуканом. – Или хотя бы отвернись.

– Вера…

– Не замечала у тебя побуждений к вуайеризму.

Впрочем, у себя тяги к справлению нужды в компаниях чужих людей – тоже не отмечала. Поэтому я порываюсь уйти. Протискиваюсь между Игорем и стеной, направляясь к двери.

– Вера, постой.

Он останавливает меня, ухватив за запястье. Заставляет обернуться. Взгляд его – что пепелище, выжженная земля после пожара.

А затем Воронов вжимает меня в стену и впивается губами в губы. Целует неистово. Дразнит языком. Наседает, не позволяя мне вырваться. Да мне и не хочется.

Я с головой ухожу в ощущения.

Надо бы дать ему пощечину. Надо напомнить о том, что мы больше не вместе, и он не имеет никаких прав на поцелуи со мной. Но когда ладони Игоря обхватывают мои запястья, вжимая меня в кафельную стену, когда он весь прижимается ко мне – разумное уходит. И на место ему приходит моё животное нутро. А точнее – та Вера, которая всегда таяла от одного только запаха Воронова. От его взглядов. От касаний. От дыхания на коже.

Внезапно дверь приоткрывается, и внутрь заглядывает та самая девушка, что комкала документы у кабинета. Глаза её округляются (наверное, ещё и от того факта, что десять минут назад она видела меня с другим мужчиной).

– Ой, простите. Мне сказали сходить в туалет перед УЗИ… – от неожиданности выдает она.

– Занято! – рычит Игорь.

И ногой захлопывает дверь.

Но меня уже отрезвляет. Я отстраняюсь, поправляю прическу. Игорь тоже делает шаг назад. Мы смотрим друг на друга так, будто видим впервые. Какой-то сегодня день туалетных встреч, честное слово.

– Что-то не похоже, что ты собираешься оставаться с мужем, – криво улыбается Игроь. – Твое тело говорит об обратном.

– Мало ли что говорит мое тело, – я одергиваю блузку, смотрюсь в зеркало.

Помада размазалась, и губы так порочно зацелованы. Черт, стыдно признаться, но мне уже давно не было так хорошо, как в туалете, в женской клинике…

– Игорь, постой, – произношу я твердо, заметив, что мужчина пытается выйти. – Давай ещё раз обсудим нашу ситуацию. Я обещаю не язвить и не врать, обещаю делиться с нюансами беременности. А ты… пообещай отменить адвоката. Я готова разделить с тобой опеку, если ты не станешь отбирать моего ребенка.

– Клянусь, что не стану. Вер, я собираюсь заботиться о вас с ним, а не отравлять жизнь. И ты бы поняла это раньше, если бы не пыталась от меня убежать.

Как всё-таки иронично получилось. Мы расстались, потому что оба боялись вляпаться в серьезные отношения. Игорь так и сказал тем вечером, когда мы встретились, и он первым заговорил о том, что мы должны разойтись. Мол, наш спокойный роман начинает перерастать в нечто большее, чего он не готов мне дать. Я согласилась, ибо в тот момент и сама начала влюбляться в Воронова. И понимала, как это опасно и чем чревато. Сколько проблем мы наживем, продолжив играть с огнем.

А теперь мы вынуждены делить не только какие-то там отношения, но настоящего ребенка. Куда, казалось бы, серьезнее?

– Спасибо. Я пришлю тебе снимок сегодняшнего УЗИ.

– Буду ждать.