Джинсы, кстати, теперь на размер меньше. Не от диет — от того, что я перестала заедать стресс борщом.

Кошка трётся о ноги. Я наливаю ей молока в блюдце. Она пьёт, смешно двигая ушами.

Я сажусь на подоконник. Открываю ноутбук. Там лежит мой новый проект — квартира-студия для девушки, которая развелась полгода назад. Она просила «что-то светлое, много зелени, чтобы не напоминало прошлое».

Я рисую эскиз. Светлые стены, фикус в кадке, диван цвета мяты. На стене — постер с надписью: «Иногда нужно всё сломать, чтобы построить заново».

Я пишу это и чувствую, как губы сами складываются в улыбку. Не дежурную. Не через силу. Настоящую. С морщинками в уголках глаз.

Вчера я купила яблоки. Зелёные, кислые, с хрустом. Никакого пирога. Просто яблоки. Нарезала дольками, посыпала корицей — той самой, что он когда-то назвал «волшебной». Ела и смотрела сериал. Глупый, про любовь. Плакала — но над сериалом, не над собой.

Я вспоминаю ту Тому, которая стояла на кухне с чеком в руке. Бледную, растерянную, с тряпкой. Она казалась мне такой сильной сейчас. Нет, не сильной — решительной. Она сделала первый шаг. Вылила борщ. Села писать план.

Спасибо тебе, Тома из прошлого. Ты была права. Ты не была чудовищем. Ты просто выживала.

А сейчас — сейчас я живу. По-настоящему. Без оглядки на то, что он скажет, без проверки телефона, без ожидания, когда же он заметит моё новое платье.

Новое платье. Я купила его вчера. Красное, короткое, с открытой спиной. Пройдусь в нём на вечеринку к подруге — не к Лене, к новой, которую нашла на курсах по дизайну. Её зовут Даша. Она тоже разведена. Мы смеёмся над бывшими, пьём вино и танцуем под попсу.

Жизнь — странная штука. Ты думаешь, что после такого не сможешь улыбаться. А потом улыбаешься. Не потому, что забыла. А потому что устала помнить.

Я смотрю в окно. Внизу во дворе мальчишки гоняют мяч. Собака лает. Какая-то женщина везёт коляску — ребёнок орет благим матом. Обычный день. Чей-то лучший день и чей-то худший.

Мой сегодня — просто день. Ровный, средний, без драм. Я ценю это. После урагана тишина кажется подарком.

Кошка прыгает на подоконник, трётся о мою руку. Я чешу её за ухом. Она мурлычет. Громко, как трактор.

— Борщ, — говорю я. — Ты счастлива?

Она не отвечает. Только щурится.

Я дописываю эскиз. Сохраняю. Закрываю ноутбук.

За окном солнце садится, красит небо в розовое и оранжевое. Как тот самый яблочный пирог. Но мне теперь всё равно.

Надеваю кроссовки. Беру поводок. Борщ не любит гулять, но я выношу её на руках — пусть дышит воздухом. Мы спускаемся во двор. Садимся на лавочку.

Ко мне подходит соседка. Пожилая, в халате, с бигудями.

— Тома, а где ваш муж? — спрашивает.

Я смотрю на закат. На кошку. На мальчишек с мячом.

— Был муж, — говорю. — Сплыл.

Она не понимает. Я не объясняю.

Кошка вырывается, бежит к кустам. Я встаю, иду за ней.

Земля пахнет весной. Сыростью и чем-то сладким — может, цветы, может, просто воздух. Я вдыхаю глубоко. Не «полной грудью» — просто дышу, как все.

Впереди — лето. Работа. Новые люди. Может быть, даже любовь — когда-нибудь, не сейчас. Сейчас мне хорошо одной.

Хорошо.

Кошка поймала бабочку. Не убила — играет. Бабочка трепыхается, крылья оранжевые, как закат.

Я достаю телефон. Фоткаю. Потом удаляю — не та кадр.

Жизнь не нужно фотографировать. Её нужно прожить.

Я улыбаюсь.

Иду домой.

Варить ужин.

Не борщ.