– Твоё ОПГ сейчас под командованием майора в отставке штурмует песочницу во дворе, – я смотрю на часы на запястье. – И если мы не поторопимся, Инна Валерьевна научит их строить оборонительные редуты из детских лопаток. Поехали, Колодин. Хватит мозолить глаза моему персоналу, у Людочки от любопытства сейчас давление подскочит до критических отметок.

Через полчаса мы уже сидим в семейном кафе «Малыш и Карлсон», расположенном прямо напротив моего дома. Выбор места, я считаю, концептуальный.

За длинным деревянным столом расположилась вся наша сумасшедшая семья.

На одном конце стола Денис увлечённо демонстрирует отцу свой дневник с пятёрками, попутно пытаясь запихнуть в себя огромный кусок пиццы.

На другом конце Инна Валерьевна авторитетно дискутирует с Олегом по поводу тактико-технических характеристик детских колясок-тростей.

Пашка и Сашка сидят в высоких детских стульчиках по бокам от меня и устраивают форменный гастрономический террор. Пашка усердно размазывает яблочное пюре по брату, а Сашка сосредоточенно пытается засунуть пластиковую ложку в ухо Олегу.

Я сижу посередине этого хаоса, пью свой заслуженный латте и чувствую, как Олег под столом случайно – или не совсем случайно – задевает своим коленом моё бедро.

Задевает и не убирает.

Мы смотрим друг на друга поверх детских макушек. Оба понимает, что ситуация у нас сложная. Но мы в ней как-нибудь разберёмся.

Эпилог

Год – это триста шестьдесят пять дней, четыре полных сезона смены детской резины на колясках и примерно полтонны съеденных сырников.

Если бы мне кто-то полтора года назад сказал, что я буду измерять счастье в количестве успешно донесённых до горшка младенцев, я бы лично выписала этому сказочнику направление в психиатрический стационар.

Но факты – вещь упрямая, как и весы в моём кабинете, которые сегодня утром неподкупно зафиксировали мои законные, монолитные сто десять килограммов.

Пашке и Сашке бахнуло по два года.

Эти два упитанных бройлера теперь не просто перемещаются по квартире со скоростью звука, они официально освоили горшок (аллилуйя!) и полным ходом готовятся штурмовать ясли.

Кот Иннокентий по этому поводу даже перестал круглосуточно жить на кухонном гарнитуре и иногда снисходит до того, чтобы милостиво позволить почесать себе пузо.

Понял, хитрец, что у парней сменился вектор интересов.

Денис уже перешёл во второй класс. Лохматый партизан вытянулся, поумнел и теперь взахлёб, размахивая руками, рассказывает мне на кухне о своих школьных приключениях и первой любви к девочке с соседней парты.

И знаете, что самое крутое? Он больше вообще не заикается. Ни одной заминки, ни одного потерянного слога. Слова летят легко, как из пулемёта.

А ещё он всё чаще называет меня мамой. Не «тётей Томой», не «мачехой», и уж точно не потому, что папа так велел.

Нет. Оно у него как-то само вырывается, между делом, когда он просит добавки запеканки или кричит из коридора, что забыл сменку. «Мам, а где мои синие брюки?».

И у меня в груди в этот момент каждый раз становится тепло.

Мой пацан.

Мой старший.

Олег после того ранения и лёгкой контузии вернуться на контракт, естественно, не мог – военно-врачебная комиссия у нас строгая, на кривой кобыле не объедешь.

Но он не сломался. Нашёл себе работу по душе – заведует теперь логистикой в крупной строительной компании, командует мужиками и фурами так, что любо-дорого посмотреть.

Долги Полинки выплатил до последней копейки, арестованную квартиру полностью выкупил и теперь сдаёт её в аренду, пополняя наш общий семейный бюджет.

Правда, живёт по-прежнему у меня. Ну как – у меня? У нас. Наших ста квадратных метров пока хватает, хотя я уже присматриваюсь к загородному дому (сто десять килограммов харизмы требуют простора для манёвров).

Всех всё устраивает, и мы честно не мыслим другой жизни.

За этот год мы с Олегом будто заново открыли друг друга. Пересобрали наши отношения с нуля, без оглядки на уродливое прошлое.

Он стал совершенно другим – надёжным, спокойным, с тем самым внутренним стержнем, которого мне так не хватало в мужчинах.

Да и я, чего уж греха таить, изменилась. Стала чуть мягче (внутри, конечно, на людях я всё та же железная Колода).

И новые мы… чёрт возьми, вроде как идеально друг другу подходим. По всем параметрам и медицинским показаниям.