— Сейчас я немного растяну тебя и подготовлю к своему члену. Твоя задача — просто расслабиться и завестись до предела, понял?

— Я уже, — тяжело дыша, отзывается он и резко трется бедрами о меня, ища трения и доказывая свои слова на деле.

Я легко ввожу средний палец. Я был готов к тому, что придется потрудиться, но тот факт, что он уже так податлив, разжигает мое желание еще сильнее.

— Охренеть, скорострел. Похоже, сегодня ты готов составить мне жесткую конкуренцию на любой арене.

Стоило мне произнести эти слова, как он тут же судорожно сжимается вокруг моего пальца.

— Сука, малыш, я сейчас кончу от одного только вида того, как мои пальцы входят в твою тесную задницу.

Откинувшись назад, я продолжаю работать правой рукой внутри него, а левой перехватываю его ствол и начинаю медленно, размеренно надрачивать.

Его дыхание учащается, он подмахивает бедрами навстречу моей руке. Я ожидал, что он закроет глаза, полностью отдавшись ощущениям, но когда я смотрю на него, его взгляд прикован к моему лицу.

— Нравится то, что видишь? — спрашиваю я, выгнув бровь и проталкивая второй палец вслед за первым. В такие моменты так легко забыть, что меньше, чем через двенадцать часов этот парень сделает всё возможное, чтобы отобрать у меня титул.

— Больше, чем ты думаешь, — отвечает он хриплым, глубоким тоном.

— Парням вроде нас в этом спорте приходится тяжело (Hard)*, — объясняю я, медленно подвигая пальцами внутри него, смакуя эту нашу странную связь.

(*Hard – тяжело \ твёрдое)

 

— И это не единственное, что сейчас тяжелое*, — поддразнивает он. Наконец его глаза блаженно закрываются, когда я добавляю третий палец. Я усмехаюсь его шутке, но он тут же прерывает меня самым сладким звуком на свете: — Пожалуйста, Феникс. Пожалуйста, просто трахни меня уже.

— А-ах, обожаю, когда ты умоляешь, малыш.

Разорвав зубами еще один пакетик со смазкой, я щедро распределяю её по его промежности, следя, чтобы её было более чем достаточно, чтобы облегчить жжение. Затем открываю презерватив, натягиваю его на член и для верности тоже смазываю сверху, обеспечивая нам обоим максимальный кайф.

Направив головку к цели, я начинаю медленно, миллиметр за миллиметром, проталкиваться внутрь. Его длинные руки тянутся вниз, и он намертво впивается пальцами в мои бедра. Он не отталкивает меня и не просит остановиться. Думаю, ему просто жизненно необходим физический контакт. Отлично понимая эту потребность, я переплетаю свои пальцы с его, позволяя ему до боли сжимать мою ладонь, пока мой член раздвигает его пошире.

Видеть, как мой член полностью исчезает в его заднице — это самое эротичное и сногсшибательное зрелище в моей жизни.

— Ох, черт, я так долго не протяну, — честно признаюсь я.

Каждый раз, когда я подаюсь бедрами вперед, его анус плотно обхватывает меня. Я меняю угол толчка так, чтобы мой член прицельно бил по его простате, и его глаза испуганно распахиваются.

— О-о, бля-а-ать! — вскрикивает он, заставляя меня торжествующе улыбнуться.

— Хорошо, что река снаружи подхватит твой крик и утопит его раньше, чем он долетит до костра, — шепчу я ему.

С удивлением ловлю себя на мысли, что какая-то часть меня безумно хочет, чтобы все вокруг знали, сколько удовольствия ему доставляю. Моё собственническое эго ликует от осознания: Уокер сегодня отшил абсолютно всех, но мне — позволил войти внутрь.

Физически, по крайней мере. Но это уже отличное начало.

— Еще раз… сделай так еще раз, — приказывает он, выпуская мои ладони и начиная медленно водить пальцами по моему прессу, пока я двигаюсь в нем.

Поскольку мои руки теперь свободны, я упираюсь ими в пол позади себя, выгибая бедра еще сильнее, чтобы с каждым толчком сокрушительно атаковать ту самую заветную точку глубоко внутри него. Мои колени подогнуты под себя, и я вколачиваюсь в него снова и снова.

— Дрочи себе, — командую я. — Но остановись, когда я скажу, потому что этот оргазм принадлежит мне.

— Да… хорошо, — соглашается он, обхватывая свой член одной рукой, пока вторая по-прежнему сжимает мой торс.

Проходит всего несколько секунд, и я вижу, что он уже готов взорваться. Я резко отбиваю его руку, заменяю её своей собственной и наклоняюсь вперед, продолжая безостановочно двигать бедрами.

Я целую его в шею, вдыхая его запах, упиваясь этой чистой мужественностью под собой.

— Ты, блять, идеален, и из-за тебя я хочу получить гораздо больше, чем просто одну ночь, — глупо выбалтываю я в запале страсти, начиная быстрее и жестче ласкать его член.

Сердце бешено колотится в груди, когда его стоны превращаются в протяжный плач.

— Вот так, малыш, кончай для меня. Из-за твоей тугой задницы я сам уже на пределе. О-о, сука, да, вот так. Да… да… выжми из меня всё.

Впервые в жизни я кончаю одновременно со своим партнером. Обычно я всегда слежу за тем, чтобы сначала разрядился он или она, но сегодня сдерживаться было просто выше моих сил.