— Это может пойти на пользу. Я поработаю с ним, изучу его стиль, а потом вернусь к тебе с этим багажом, и мы внедрим то, что у него хорошо получается.

— Ты, кажется, забываешь, что вообще-то на первом месте в рейтинге иду я, — отрезаю я. — Что помешает тебе слить мой стиль и мои секреты ему?

— Я бы никогда не стал вредить тебе или ставить под удар твою карьеру, — спорит он, но звучит это настолько вяло, что я невольно задаюсь вопросом: а с Джексоном он поступит так же? И тут этот ублюдок добавляет: — Я же не Феникс.

— Господи, Джонас, засунь свое мнение себе в задницу. Какого хера ты так взъелся на Феникса? Ты его даже не знаешь, — ставлю я его на место.

— Мне не нравится, как он на тебя смотрит, — пожимая плечами, бросает Джонас.

— И как же конкретно он на меня смотрит?

— Не знаю, — выдает он на автомате, хотя по нему прекрасно видно, что знает. Переступив с ноги на ногу под моим выжидающим взглядом, он тяжело выдыхает: — Ладно, хорошо. Он смотрит на тебя так, словно изо всех сил сдерживается, чтобы не вцепиться в тебя зубами и не разорвать на куски. Иногда он выглядит как хищник, а иногда — как смертельно раненый зверь, но в любом случае это неуместно. Особенно учитывая твою… тягу к нему.

Его слова буквально оглушают меня. Феникс смотрит на меня так? Когда я ловлю на себе его взгляд, я вижу только ярость и боль. В голове начинают бешено крутиться мысли о том, что это может значить для нас двоих.

— Даже не думай в эту сторону, Уокер, — предупреждает Джонас.

— Ты теперь работаешь на врага, так что уж извини, если я больше не нуждаюсь в твоих советах.

— И что дальше? Просто пойдешь и признаешься этому парню в любви? Феникс — натурал, Уокер. Точно так же, как и ты должен им быть. В нашем мире быть кем-то другим просто опасно.

Я нервно усмехаюсь:

— Я только что слетел со спины полутонной кобылы, которая продолжала брыкаться прямо надо мной. Вся моя жизнь — сплошная опасность. И ты ни хрена не знаешь о Фениксе.

Джонас качает головой:

— Да брось, мужик. Ты в бешенстве из-за того, что сезон просран, но это не значит, что надо творить глупости.

— Что я делаю или не делаю — тебя больше не касается. Когда ты подписался к Джексону, даже не поговорив со мной, ты сам сделал свой гребаный выбор.

— Ну да, зато мне хотя бы не придется дергаться, что я зайду в трейлер и застукаю Джексона, принимающего в задницу! — орет Джонас, уже вообще не выбирая выражений.

После этой вспышки в трейлере повисает оглушительная, звенящая тишина.

— Так вот, значит, в чем дело? Ты просто гомофоб? Господи, Джонас. На дворе двадцать первый век. Какая разница, кого мне нравится трахать? Тебе-то уж точно никогда не грозило, что меня потянет на тебя. Мудаки не в моем вкусе, — стреляю я на поражение, желая уколоть его побольнее.

Он вскидывает руки:

— Да я просто хочу быть тренером, мужик. Мне на хрен не сдалась драма такого уровня. Просто чтобы ты знал: твой отец дал мне добро пользоваться машиной и трейлером следующие два месяца. Он сказал, что купит тебе билет на самолет до Техаса. Просто маякни, когда мне нужно будет подбросить тебя до аэропорта.

Хрен. Тебе. Блять.

— Мне от тебя ни хера не нужно.

Джонас, как мой тренер, должен был до конца стоять за меня. Пытаться защитить меня от Феникса — это одно, но совершенно другое это бросить корабль в ту же секунду, как я получил травму, попутно мешая меня с дерьмом за мою ориентацию, стоило мне впервые сказать об этом вслух?

Нет, приятель, мы приехали.

— Можешь оставаться с Джексоном и после этого сезона, потому что работать с тем, кому я не доверяю, я не стану, — отчеканиваю я.

— Уокер…

— Мы закончили, Джонас. Сделай мне одно одолжение — ненавидь меня молча. Я и так мишень, просто потому что нахожусь на вершине. Мне только не хватало, чтобы ты растрепал мои секреты каждому встречному и сделал еще хуже.

Я разворачиваюсь на пятках, шагаю обратно в эту крошечную спальню и начинаю с корнем выдирать вещи с вешалок, швыряя их в сумку. Всё, конечно, не поместится, да оно и не нужно. Мне не понадобятся ни чапсы, ни турнирная шляпа, ни жилеты, ни остальное барахло. Черт, спортивки и шорты на резинке всё равно будет куда проще натянуть одной рукой. Я пакую футболки, всё, что с эластичным поясом, чистое белье, носки, гигиенические средства, мою пряжку чемпиона мира и зарядку для телефона. Всё самое необходимое в одной спортивной сумке.

План так себе, но я просто вызову Uber до отеля, немного выпью в баре, пока буду соображать, что, блять, делать с Алексис, а потом напьюсь в хлам, думая о вчерашнем поцелуе с Фениксом и о том, как мне снова удалось просрать нашу вторую встречу так же феерично, как и первую.

Опять же, не самый блестящий план, но я ловлю себя на мысли, что идея уйти в глухой блекаут кажется мне чертовски заманчивой. По крайней мере, не придется глотать колеса на ночь.