– Да, вот только как же я это сделаю? Без сил, без связей, – Митя нахмурился, – город велик, а я один.
– Петра с вами пошлю, и кое-что получите из артефактов. Чем же я хуже Шапина? Тоже проявлю щедрость. За компанию Петр и присмотрит, чтоб вы задание выполнили как положено и без уверток.
– А не боитесь, что я сбегу? – поинтересовался Митя, уже прикидывая, как можно начать поиск Серого человека.
– Ничуть. Сбежите – найдем, найдем – так убьем вас, – Алексей выдержал паузу, точно актер на сцене, и тихо добавил: – И сестрицу вашу… Лизу? Или как там ее – Мария? В общем, не суть. Поняли меня?
Митя хотел было ответить, да не мог. В горле будто ком встал, перекрывая дыхание, а сердце заколотилось бешено, выбивая тревожный ритм где-то в висках.
– Я не понимаю, о чем… – начал было Митя, но Алексей одарил его таким взглядом – холодным, словно лезвие ножа, – что бывший маг мгновенно замолчал. В этих бледных глазах не было ни капли человеческого тепла, только расчетливая жестокость.
– Я должен знать все о тех, кому собираюсь доверять, – отчеканил Алексей, постукивая костяшками пальцев по подлокотнику кресла. – Так что подумайте трижды, прежде чем что-то скрывать или врать. Договорились?
Митя кивнул, сглотнув горький комок в горле. Его ладони стали влажными, но он не осмелился вытереть их о брюки.
– Вот и славно. А теперь ступайте, Дмитрий Тихонович. Беседа была… приятной. Я устал. Завтра с вами увидимся. А пока – отдыхайте, набирайтесь сил. И думайте. Думайте, как показать мне, что вы преданы делу. – Алексей откинулся на спинку кресла, и тень от камина заплясала на его резких скулах. – И, думая об этом, помните о сестрице. Да и прочих друзей не забывайте. Ведь теперь все они – залог того, что вы нас не подведете.
Его улыбка растянулась, обнажив ровные белые зубы, и Митя невольно подумал, что так же, наверное, улыбается волк, прежде чем вцепиться в горло своей жертве.
– Григорий! – резко крикнул Алексей, и дверь тут же распахнулась, впуская бородача. Тот уже сжал кулаки, и его маленькие глазки свирепо уставились на Митю, будто высматривая повод для драки.
– Все в порядке, Григорий. Господин Демидов теперь наш гость и соратник. Так что устройте его так, чтобы мне не было стыдно за наше гостеприимство. Ясно? И никаких побоев.
– Сделаем, господин, – буркнул Григорий и неодобрительно махнул Мите в сторону коридора.
– Доброй ночи, сударь, – осторожно произнес Митя, но Алексей уже не реагировал. Он прикрыл глаза, сложив кончики пальцев домиком перед лицом, и казалось, будто слушает внутренний монолог, который вели его личные демоны. А уж в том, что внутри этого бледного юноши бушует самый настоящий ад, Митя не сомневался ни секунды.
Обратный путь проделали молча, их шаги глухо отдавались в узком каменном коридоре, освещенном редкими масляными лампами. Лютикова указала Мите на ту самую комнату – там, где он приводил себя в порядок, – и толкнула дверь своим острым локтем:
– Вот, тут будешь. И смотри, не шастай – Алексей Михайлович не любит, когда гости праздно шатаются по его владениям.
– Да я и не собирался, – Митя сделал вид, что ему все равно, хотя пальцы его непроизвольно сжались в кулаки. Он сел на край кровати, продавленной посередине, зевнул во весь рот и спросил: – А еду тоже сюда носят?
– Размечтался, – заворчал Григорий, проводя пальцами по рукоятке ножа, засунутого за широкий кожаный пояс. – На обед в общий зал пойдешь.
– А как же я пойду, если не знаю, где он? – удивился Митя, нарочито медленно осматривая потрескавшуюся штукатурку стен.
– Зайдут за тобой, ясно? – Григорий щелкнул пальцами перед самым носом Мити. – А до этого времени сиди и не высовывайся, – бородач глянул на супругу, будто проверяя, правильно ли говорит, его маленькие глазки блеснули в полумраке.
– Да, все так, – рассеянно кивнула Лютикова, поправляя воротничок из тюля, будто мысли ее витали где-то далеко от этих подземелий. Даже не взглянув на Митю, она развернулась и вышла, оставив за собой шлейф дешевых духов. Григорий – на всякий случай еще раз пригрозив кулаком, который был размером с добрый молот, – последовал за женой.
Оставшись один, Митя запер дверь – старый железный засов заскрипел натужно – и для верности подпер ее стулом с шатающейся ножкой. Затем рухнул на кровать, вцепившись в волосы, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.
– Что же делать? – он провел дрожащей рукой по лицу. Он даже подумать не мог, что глава этих изгоев-повстанцев, как их ни назови, – настоящий психопат. И как он узнал о Лизе? Неужели следили все это время?