– Дозорные сработали! Парень не врет – за нами идут!
– Да он сам и навел! – Лютикова резко вскинула руку, и Митя вдруг почувствовал, как невидимые тиски сжали его горло. Он скреб пальцами кожу, но давление только усиливалось. Перед глазами поплыли черные пятна. Воздуха отчаянно не хватало.
– Я… ваш… – он захрипел, чувствуя, как подкашиваются ноги.
– Брось, не до него! – рявкнул бородач, и хватка ослабла.
Митя рухнул на колени, давясь кашлем. В горле першило, будто он наглотался стекла. Никогда еще он не сталкивался с такой силой – это было не просто зеркальное колдовство, а что-то древнее, неведомое, зазеркальное…
Тем временем Лиза рванула к ящикам, накрытым мешковиной, и дернула ткань. Под ней оказалось огромное зеркало в дубовой раме. Почуяв свободу, стекло забурлило, как вода в кипящем самоваре, искажая отражения. Пошло пузырями, и в нем начал формироваться портал.
И в этот момент над ярмаркой разнесся вой – не человеческий, не собачий, а тот самый, от которого стынет кровь в жилах. Вой волколака, взявшего след.
Подхватив юбки, Лютикова прыгнула в зеркало, даже не оглянувшись. Ее помощник выскочил следом, сжимая в руках сверток с какими-то вещами.
– Лизка, документы из сундука забери, – крикнул он, суетливо перехватывая поклажу.
Однако мешок развязался и пара склянок вывалилось прямо в пыль. Парень замешкался, пытаясь подобрать.
– Оставь! Не до них! Пришли ужо, – рявкнул бородач и оказался прав: едва помощник успел перешагнуть резную раму, как в тот же миг, будто из пустоты появились Зеркальщики.
Стешка, чужая, отстраненная, совсем не знакомая Мите. Ведьма прямо на ходу плела заклятье, и в ее тонких пальцах кружилась, поблескивая зеркальными нитями, серебряная сеть. Илья, опасный и быстрый, куда только подевался тот фигляр, что кривлялся и разыгрывал драму? Маг ловко двигал руками, точно дирижируя невидимым оркестром, и солнечные блики, заостренные, как боевые клинки, звенели, готовые к нападению. При этом маг, казалось, не заметил Митю и даже бровью не повел, узрев его в этой компании.
А рядом – огромный черный волколак с горящими янтарными глазами – Софья в зверином обличии. Хищник молча, без предупреждения, выскочил из-за фургона и, выбрав ближайшую цель, кинулся на Лизоньку.
– Нет! – взревел Митя, кидаясь наперерез и подставляя под мощные челюсти оборотня протез. Зубы клацнули по металлу, разрывая ткань сюртука. В желтых глазах зверя отразились удивление и боль. Разжав пасть, волколак рыкнула, узнавая соперника. И замотала лобастой башкой, точно стряхивая наваждение. Хотя зеркальная магия и без того не действовала на оборотней по сути их природы.
– Никому не двигаться! – крикнула Стешка, вскидывая руки и выпуская сеть. – Именем Зеркального департамента вы арестованы!
Бородач успел дернуть к себе замершую в ужасе Лизу. Он попытался затащить ее в зеркало, но та вцепилась в Митю.
– Без него не пойду! – взмолилась она, не обращая внимания на магов, на оборотня и на все, что творилось вокруг их маленького лагеря.
Меж тем сеть почти коснулась окружающих, но вдруг жалобно звякнула, точно расколотая чашка, и рассыпалась легкими всполохами. То же произошло и с клинками, что Илья послал в мужика, надеясь поразить цель.
Заметив удивление на лице бородача, Митя тут же смекнул: Варвара страхует, но для радости и восхищения ее силой времени не осталось.
Лосев, злясь и ругаясь, создал сияющее копье и кинулся вперед, метя в мужика, но и его отбросила невидимая защита. Он принялся озираться, пытаясь понять, что им мешает, но Стешка не собиралась ждать. Она воспользовалась ведьмовской наукой и метнула тряпичный мешочек, перевязанный суровой ниткой. Упав на землю, тот лопнул, и от летящей во все стороны пыли запершило в горле, заслезились глаза, а ноги стали ватными. Даже волколак пошатнулась и прижалась к земле.
– Софью задело! – крикнул Илья, прикрывая лицо рукавом и оборачиваясь к ведьме, но Стешка не думала останавливаться, кидая еще один мешочек, и еще один, и еще. Ее рыжие волосы растрепались, и ветер развевал их, будто раздувая лесной пожар.
– Нет, – прохрипел Митя, выставляя вперед руку. – Нет, – повторил он, пытаясь закрыть собой Лизу и слыша, как та заходится в надсадном кашле.
– Твою дивизию! – точно издали донесся бас бородача, и Митя ощутил, как его хватают за шейный платок и тянут куда-то прочь из удушающего облака ведьминских зелий. Последнее, что он успел увидеть перед тем, как лишиться чувств, – как волколак из последних сил кинулась вперед, пытаясь вцепиться, удержать его, но ее остановила зеркальная гладь, и она взвыла – беспомощно и горько. Скребясь о стекло до тех пор, пока оно не лопнуло на сотню мелких осколков, запечатывая ход, который использовали торговцы, в спешке покидая свое дорожное жилье.
А дальше наступила тьма.