Вскоре приходит Дженна. Строго велев ей следить, чтобы Рэймс не уснул, я лечу рассказать всё Рэну.

- Извини! – я вваливаюсь в его кабинет без стука, - я сказала лишнего… Но сейчас не об этом! Что может быть…

- Синее, худое, и рогатое? – Рэн заканчивает предложение за меня.

- Ты подслушал?!

Дирэн ухмыляется, но улыбка быстро исчезает.

- Да. И уже понимаю, кто мог прийти в сон твоего сына. Или я должен сказать – нашего сына?

Кабинет перед глазами смазывается, и я хватаюсь за спинку кресла, чтобы удержаться. Всё кончено! Как он смог узнать?! Разве только…

- Ты всё слышал…

- Я всё слышал, - подтверждает Дирэн, - и по твоей реакции вижу, что те слова в пещере – правда. Вот откуда это чувство, будто я что-то потерял. Я забыл вас.

Сердце колотится, как сумасшедшее! Я не знаю, куда бежать, и за что хвататься! Наконец, умудряюсь выдавить:

- Теперь ты отнимешь его у меня?

Рэн смотрит на меня, и смотрит долго. Потом изрекает.

- Сначала нужно его спасти, Бьянка. Ведь, судя по всему, в пещере ему явился сам Кровавый Дэв.

Замираю, и изо всех сил надеюсь, что его слова – неправда. Два факта тяжёлыми камнями практически падают мне на голову: Дирэн знает, что Рэймс – его сын.

И на Рэймса нацелился даже не один тёмный бог. А два!

- Он же умер! – безнадежно протестую я, - ты говорил, что Великая Драконица помогла изгнать его и Первородного Нага!

- Значит, древние этого не сделали. Ослабили его, но не прогнали. Он поселился в пещере Нага, и продолжает влачить там своё бесполезное существование. У него больше нет сил, и единственное, что он может – прийти в сон к ребёнку, чтобы что-то от него требовать.

- Я… У меня просто нет сил.

Плюхаюсь в кресло напротив Дирэна, и смотрю ему в глаза.

- Нужно быть рядом с Рэймсом, когда он придёт в следующий раз, - Рэн опирается на стол локтями, и складывает ладони треугольником.

- Я сказала ему, чтобы он меня позвал.

- Почему ты мне не рассказала с самого начала?

Дирэн задаёт этот вопрос без злости в голосе, но что-то мне подсказывает: он в бешенстве. Я боялась этого разговора, и сейчас мечтаю лишь сбежать из кабинета, хотя мне есть, что ответить.

- Боялась, что ты отберёшь его, - вдыхаю, и смотрю в сторону, лишь бы не напороться на его гневный взгляд, - я видела ту фотографию с женщиной и девочкой. Думала, что это твоя семья. Ты мог отобрать Рэймса, а меня пинком вышвырнуть на улицу, и суровый закон был бы на твоей стороне.

- Та девочка - не моя дочь, - скупо роняет Рэн, - моя супруга загуляла, и родила ребёнка от другого.

- Даже если и так?! Ты бы мне поверил?! Ты привёз нас сюда, двух незнакомых женщин и мальчика. Что бы ты сказал мне, вздумай я ляпнуть, что он твой сын? А я – твоя бывшая жена! И ты забыл нас.

Дирэн смотрит на меня так пристально, что мне уже неловко смотреть в сторону. Перевожу глаза на него, пытаясь придать взгляду смелости.

- Почему мы расстались?

От его вопроса хочется рассмеяться. Как объяснить ему, как описать, через какое количество боли и страха я прошла?! Через что прошёл Рэймс!

- Ты продал меня за сто золотых монет монаху-извращенцу. Это если вкратце.

Мой ответ его забавляет. Рэн откидывается на спинку кресла, и вызывающе бросает:

- Теперь скажи, что это было без вмешательства Тёмного Драконорождённого?

Чего правду таить? Качаю головой.

- Конечно, это было с его подачи…

- Почему он так вцепился в тебя, Бьянка? Он бог, но до сих пор преследует тебя.

Обдумываю, как ответить на этот вопрос. Вывалить в лоб то, что сказала мне Дженна? Решаюсь рассказать часть правды.

- Тёмный Драконорождённый питается энергией беременных женщин. Выпивает их… Для этих его нужд даже храм создали, в котором я воспитывалась. Когда забеременела я, оказалось, что… ну… наша с тобой энергия, смешавшись, создала нечто такое, что особенно пришло по вкусу тёмному богу. Он занял тело Высокого Жреца нашего храма. Сам понимаешь, какая меня ждала участь…

- Как ты сбежала?

- Мне помог ты, Дирэн.

Умолкаю, и Рэн тоже задумывается. С облегчением замечаю, что он не собирается отчитывать меня дальше, или грозиться отобрать Рэймса.

- Вот и ответ, почему меня потянуло к тебе сразу, как только я тебя увидел.

Его фраза пригвождает меня к креслу. Я уже давно забыла, что такое ухаживания, или лестные слова в свой адрес. Да он и не сказал ничего лестного… Но внутри что-то откликнулось.

Я не отвечаю ему. Не знаю, что сказать…

- Рэймс сейчас спит?

- Нет. Я попросила Дженну, чтобы не позволяла ему спать, пока я не приду.

- Отлично. Я иду с тобой.

Пожимаю плечами. Ладно. Рэн всё равно лучше объяснит Рэймсу, что делать. Когда мы приходим в комнату, Дженна расталкивает разморенного внука.