Бежать в соседнее королевство Соммер? А там уж точно встретят с распростертыми объятьями! Либо убьют, либо станут использовать в качестве заложницы и средства для шантажа. Сама супруга герцога южных земель! Тут гордость мужская и достоинство не пустой звук, любой дворянин лучше уж собственными руками благоверную придушит, чем позволит оказаться опозоренным побегом и бесчестием супружницы.

При этом, такие варианты возможны, если вообще удастся пересечь границу. В лесах и в горах сидят повстанцы, и они точно свою герцогиню жалеть не будут, попадись она им сама в руки.

Вспоминаю письмо с угрозами, что пришло на днях. Это еще цветочки, если сравнивать с сегодняшним нападением. Если у герцога родиться наследник, да еще и внук такого богатого свата, позиции его укрепятся, совершить переворот южанам окажется в разы труднее. Конечно, радикальным группировкам из местных это не выгодно. Значит, именно из-за этого я и оказалась женой Глена с легкой руки императора? Чтобы племянник твердо стоял на своих двоих и обзавелся потомством, обеспеченным поддержкой со стороны северной части страны? Звучит логично. Но Глен против оказался, насчет брака ему пришлось голову склонить, но вот ложе разделить со мной он однозначно против. И даже больше, вообще под одной крышей не желает находиться.

Нет, что-то все равно не сходится. Даже учитывая нежелание герцога прикасаться к другим людям — это точно не мизофобия, он спокойно руками без перчаток вытирал с лица чужую кровь — есть что-то еще, о чем мне неизвестно, что явно играет не в пользу продолжению нашего союза в понимании мужчины.

— Ева? — зовет герцог снова.

Моргаю и возвращаюсь из потока унесших мыслей обратно в реальность. Генри подталкивает меня сзади в спину, супружник держит дверь и застывшую на весу руку, чтобы помочь выбраться из кареты. Замечаю на его руках новую пару перчаток. Даже как-то жаль, у мужа красивые руки. Когда только успел?

Хватаюсь за его локоть и шагаю вниз, наступая на ступеньку, и затем оказываюсь снова на земле поместья.

— Спасибо.

Раненных рыцарей уводят, Глен распорядился оказаться им всю возможную помощь для скорейшего выздоровления, отправил отряд на место нападения, чтобы опознать и убрать с дороги тела. Генри машет мне рукой и исчезает в направлении дома. Клер я отпускаю, пусть лучше побудет с братом, все равно мне горничная сейчас не нужна; девушка быстро благодарит и убегает следом за уносящими на носилках похожего на нее бледного мужчину рыцарями.

Муж берется меня провожать, хотя я особо и не нуждалась, дорогу знаю и не так уж и потрясена, чтобы в обморок падать — страховтаь не надо — чай не хрупкая леди, какой кажусь поначалу. После прояснения недоразумений и выставления прочь экономки Фриды его сиятельство стал в разы обходительнее. Чувство ли вины виновато или что другое, кто его знает.

— Я хотел бы снова попросить прощения, — говорит герцог, предварительно прокашлявшись, чтобы привлечь мое внимание.

Тихо вздыхаю, переводя глаза с цветущей азалии, качающейся на слабом ветру, на мужчину.

Хорошо. Будь по-твоему, сдаюсь я.

— Ладно. Прощаю, — улыбаюсь Глену и продолжаю медленно идти в сторону своего домишки, игнорируя вытянутое лицо супруга.

— Мне следовало тщательнее озаботиться безопасностью, взять во внимания присутствие дамы… — продолжает тему герцог, не веря в дарованное ему «прощение».

Качаю головой, нет, так все же не пойдет.

— Я не какая-то там дама, Глен, я твоя жена. Я все понимаю, не дурочка. Ты не виноват, это же не ты нападение организовал?

Щурюсь на мужа, давя улыбку.

— Что?! Нет конечно! — возражает шокированный герцог.

— Ну вот. И ничего предугадать ты тоже не мог, верно? Обычно ведь они так прямо не нападают? — спрашиваю, уже предполагая утвердительный ответ. — Твои люди справились, опасность миновала. Я не настолько слепа, чтобы винить тебя, своего супруга, который лично обнажил меч и рисковал собой, чтобы меня защитить.

— Но…

Мягко сжимаю руку мужчины под локтем, за которую держусь. Через одежду такой контакт у Глена не вызывает никакой реакции, — отмечаю про себя.

— Мне некуда бежать, даже если бы я хотела. И в отличии от многих столичных леди я так просто не пугаюсь, поверь. Все в порядке, не обижаюсь и не злюсь на тебя, мне не за что. Я не ранена, и даже толком ничего не видела. Немного потряслась из-за нервов и пребывания в неизвестности в карете, но уже отпустило…лучше, ты мне расскажи про этих людей, за что они борются, чего хотят, в чем разница между простыми повстанцами и радикалами.