- Простите, я - хозяйка этого дома. Здесь… мне соседка позвонила. Скажите, что случилось.

Мужчина - высокий, плечистый, бородатый пристально и с сомнением оглядывает меня с ног до головы.

- Майор Захаров, Кирилл Евгеньевич, - представляется он, хотя одет не по форме, а весьма формально. - Хозяйка, значит?

- Да, конечно. У меня и документы на дом есть.

- А это тогда кто? - спрашивает он и отходит в сторону.

И тогда я вижу Николь, одногруппницу моей дочери Софии, которая сидит в пожарной машине, укрытая двумя пледами. Один из них постоянно скатывается, открывая взору обнаженное плечо. На лице черные потеки туши, немного смазана помада, а голые пятки чуть ли не посинели.

- Офицер, вы бы девушке хоть пару носков нашли или ботинки. Замерзнет же, - вздыхаю я.

- Знаете ее?

В этот момент на дороге появляется внедорожник Валеры.

- Знаю. Это подруга моей дочери, - ответила я вслух.

“И любовница мужа”, - подумала про себя.

Глава 1.

- Подруга? - усмехается бородатый мужик, складывая руки на груди.

Его синие глаза смотрят не на меня, а пронзают словно рентген - неприятно и грубо.

И я раскисла, потому что эта пигалица еще меня не видит, но зато из своего случайного укрытия за могучей фигурой этого дядьки отлично просматривается как Николь взирает на машину Валеры - с облегчением.

Она немного подается вперед и ее жиденькие светлые пряди падают на скулы, губы приоткрываются, чтобы позвать его, но тут она как раз замечает меня и резко выпрямляется.

- Вика!

- Вика!

- Мама!

С трех сторон ко мне одновременно спешат три разных человека. Наша соседка Варвара Ильинична, которая мне позвонила и предупредила о пожаре, дочь Лиза, с Данилом на руках, и Валера с огромным букетом неприлично пошлых бордовых роз - штук пятьдесят - не меньше. Прямо в тон помады молодой девицы, которая резвилась с ним в одной постели.

И зачем он их с собой притащил?

- Вика, вот, как я и говорила, дом сгорел, точнее очень сильно обгорел, почти половина уничтожена. Хорошо, что не перекинулся на соседние дома, на мой например, - причитала Терещенко, хотя только ураганные ветер мог бы сопосбствовать переходы огня на ближайшее строение, потому что все они были достаточно далеко. - А девушка эта, - и дальше громким шепотом, - какая-то странная, представилась пожарным хозяйкой, но я-то знаю как выглядит Соня. Да и соседи все знают, Вик. Если это то самое… то это такой срам, такой срам, - качает головой, хватается за щеки. Хочется отодвинуть ее от себя подальше, но мне как-то совесть не позволяет, а вот громиле передо мной очень даже легко удается избавиться от назойливой соседки одним движением руки.

- Женщина, вас уже опрашивали. Домой идите, пока горло не простудили. Мороз заворачивает, - он уверенно подхватывает Варвару Ильиничну под локоток и отводит прочь от нашей компании.

Так я остаюсь один на один с мужем и старшей дочерью, которые подозрительно переглядываются друг с другом.

- Вика, я как только узнал про пожар приехал сюда, - Валера блеет.

Странно, обычно он в себе уверен, бизнесмен, воротила миллионов, работодатель для нескольких тысяч человек. Не часто его можно застать врасплох, и кажется мне это удалось второй раз в жизни.

Он точно знает, что я все поняла. Никогда не считал меня дурой и сейчас разыгрывать эту карту не станет.

- Мам, пойдем ко мне в машину. Данил замерзнет.

- Так и зачем ты ребенка притащила?

- Артема дома нет, не оставлять же его одного.

- Точно? А то у меня сложилось впечатление, что ты старалась успеть вперед меня, чтобы успеть вытащить златовласку из беды, и чтобы ее не обнаружила та, кому не следует, - выдаю и понимаю, что на щеках дочери не дрогнул ни один мускул.

Поджимаю губы. Боже мой! Она знала. И вероятно не только она.

- Вика, не устраивай истерику. Мы поговорим как взрослые люди, когда все тут разрешится. Давай не будем давать соседям поводов нас обсуждать за новогодним столом, - за это время муж взял себя в руки и наконец-то применил свой обычный деловой тон, которым общался со мной большую часть времени.