Начнем с того, что машин было две. И ко мне на помощь спешил не один рыцарь, а целая толпа. Так сказать, весь Круглый стол короля Артура. В первый момент я озадачилась, потом удивилась, а после присмотрелась повнимательнее. Поскольку машины остановились не в плотную, а в некотором отдалении, а дождь затруднял видимость, то у меня не было возможности рассмотреть рыцарей досконально. Я лишь отметила, что помочь мне решил какой-то важный господин, а вместе и ним, по всей видимости, и его охрана. А куда мужикам деваться, если объект охраны решил проявить благородство?

В принципе мне было глубоко фиолетово, кто поставит мне колесо. Я просто радовалась, что не нужно напрягаться самой. Нет, помучившись немного, я бы и сама справилась. Но сил и времени ушло бы достаточно, да и дождь, как из ведра. Так что я обрадовалась.

А дальше было, как в кино. В который раз убеждаюсь, что у меня не жизнь, а, прям, роман, блин.

Чес ближе подходила ко мне эта компания, тем отчетливей я их могла разглядеть. А чем отчетливей я разглядывала, тем явственней осознавала, что господина, возглавляющего парадное шествие к моему автомобилю, я знаю. И вот, когда расстояние между нами сократилось до пары шагов, я окончательно его узнала. Помочь даме, попавшей в беду, вызвался не кто иной, как Платон Валерьевич Гаев собственной важной персоной. Нет, ну бывают же в жизни такие совпадения!

А Гаев, похоже, тоже меня признал, потому что выражение его лица из вежливого и в меру доброжелательного (еще бы, ведь хороший поступок собирался совершить — помочь женщине, попавшей в сложную ситуацию) превращалось в сильно удивленное. Я бы даже сказала, пораженное. Что, тоже не ожидал еще когда-нибудь со мной встретиться?

Гаев преодолел оставшееся между нами расстояние и замер в шаге от меня. Тут же над ним материлизолцся раскрытый зонт. Я, все еще мокнущая под ливнем, поморщилась. Все же ковыряясь с колесом, успела изрядно вымокнуть и сейчас, наверное, сильно смахивала на пресловутую курицу. Это не смущало, но изрядно раздражало. Все-таки, если уж нам суждено было повстречаться еще раз, я предпочла бы выглядеть более презентабельно.

Гаев посмотрела на меня как-то странно, но быстро взял себя в руки.

— Здравствуй, — поздоровался спокойно. — Проблемы?

— Небольшие, — ответила я и тоже поздоровалась: — Здравствуйте.

— Мы на «вы»? — он дернул уголком губ.

— Ты же тут не один, — пояснила и спросила в лоб: — Поможете?

Платон Валерьевич чуть повернул голову в сторону своей свиты и распорядился:

— Помогите девушке.

За девушку, кстати сказать, ему отдельное спасибо. Пустячок, а женщине приятно.

Добрые молодцы, стоящие позади, тут же поспешили исполнить распоряжение командира и лихо кинулись на помощь. Я даже испугалась, что они сейчас мне машину перевернут.

— Осторожнее, — сказала поспешно. — У меня там …

И прикусила язык.

— Что? — не понял Гаев.

Можно было соврать, что везу ящик антикварного хрусталя. Не полезет же он проверять. А задние окна в машине тонированные, ничего не разглядишь. Я даже рот открыла, но Полинка, заскучавшая в своем кресле, решила напомнить о себе и громко закричала:

— Мама! Мама!

Гаев вскинул брови.

— У меня там ребенок, — вынуждена была сознаться.

Платон окинул меня заинтересованным взглядом, но вопросы задавать не спешил, ждал продолжения. Вот только я ничего больше говорить не собиралась. Сейчас охранники сменят колесо и мы распрощаемся на веки. Адиос, амиго.

Но у Гаева, как всегда, было свое мнение. Скорее всего, ему просто стало интересно и он решил удовлетворить свое любопытство самым простым способом — просто открыл заднюю дверь машины и заглянул внутрь.

Тут надо сделать маленькое отступление.

Сперва, когда я увидела новорожденную Полинку, то не обратила особого внимания — все-таки первая наша встреча с дочкой состоялась спустя несколько минут после ее появления на свет. Рожала я сама, без всяких новомодный анестезий. Роды изрядно меня вымотали, да и новорожденные младенцы представляют собой довольно специфическое зрелище. Красные и сморщенные, сказать сразу на кого они похожи попросту невозможно. Но чем старше становилась моя крошка, тем больше я замечала, как она похожа на своего биологического отца. И тут дело даже не во внешности. Мимика, жесты, какие-то мелочи в поведении очень напоминали Гаева. Наша родня, не знавшая Гаева, даже шутила, что Полинку мне подменили в роддоме, настолько дочь была на меня не похожа. В общем, я к чему веду, если посмотреть на Полинку мельком, то заметить сходство с отцом невозможно. Но стоит начать приглядываться, сомнений не возникнет — Полинка дочь Гаева.

— Твоя? — спросил Гаев, выныривая из салона.

— Нет, — буркнула в ответ. — Украла.

— Повезло, — сказал Гаев и неожиданно улыбнулся.