Двенадцать. А у нас самолёт через два часа. Я тянусь к телефону и вспоминаю, что не поставила его на зарядку. Разрядился гад. Несколько раз ругаюсь себе под нос, посылая всё к чёртовой матери и бегу в ванную, запинаясь о тапки, расставленные братом.

Наскоро умывшись, зачесав волосы в хвост и надев платье в горошек, которое первым попалось под руку, я спешу к выходу. Вспоминаю, что не взяла сумку и телефон… Вот же чертовщина.

— Костя, вези меня в аэропорт! — с мольбой гляжу на брата я.

— Серьёзно? Я с ночной только пришёл. Спать хочу абзац как! — бурчит брат, но я вижу, что он берёт ключи и заводит машину с брелка.

Сердце в бешеном ритме ударяется о рёбра. Я думаю о том, что ЗБ явно не простит мне, если не успею на самолёт, и мне не светит не то чтобы повышение, мне не светит даже дальнейшая работа в компании.

Раньше я никогда не поощряла быструю езду брата, даже частенько ругала его, но теперь радовалась тому, что он интересовался гонками и теперь играл на дороге в шашки так искусно, что мы быстро добрались до аэропорта.

Я мельком гляжу на себя в зеркало дальнего вида и думаю, что саму старуху смерть сейчас легко бы могла испугать: под глазами синяки, кожа бледная, а губы обветрились и потрескались. Да и волосы прилизаны так, что аж неприятно становится. Я передёргиваю плечами и хмурюсь, а потом думаю, что еду в командировку по работе, в мои планы не входило соблазнение босса, напротив, я желала разобраться в себе и оттолкнуть его от себя.

— Кать, всё в порядке? — спрашивает Костя. — Уверена, что хочешь в эту командировку? После твоего ухода от Русла…

— Да! — отвечаю я резко, перебивая брата. Я не готова обсуждать своё расставание с женихом. Уж точно не в ближайшее время. — Спасибо, что подвёз. Прости, что так вышло. Не думала, что возникнет такая срочность. Я побегу. Мне ещё босса нужно будет найти, — тараторю я, чмокаю Костю в щёку и выхожу из машины.

Спешу к зданию аэропорта, но голос брата останавливает и вынуждает обернуться. Я гляжу на него, положив руки на бёдра.

— Что? — цежу сквозь зубы, а когда он достаёт мою сумку из багажника, понимаю, что это я дурёха…

Ну как я могла забыть вещи?!

Мы с Костей идём навстречу друг другу, я забираю сумку и ещё раз чмокаю его в щёку.

Я спешу к зданию аэропорта и буквально залетаю в него. Хорошо, что ЗБ ещё вчера отдал мне мой билет. Прохожу регистрацию и остальные шаги контроля, чувствуя себя преступницей — так тщательно меня разглядывают. Наверное, на наркоманку похожа с этими синяками и кошмаром на голове. Хорошо, что сдала багаж и теперь иду налегке к нашему выходу, пристально вглядываясь в ряды ожидающих, надеясь отыскать взглядом ЗБ. Вот только найти его крайне непросто. Это почти равняется поиску иголки в стоге сена, а я, как назло, не запомнила его номер телефона, поэтому не могу сейчас позвонить даже с автомата.

— Полякова Екатерина Александровна, пожалуйста, подойдите к зоне вылета двадцать три — сорок четыре. Повторяю: Полякова Екатерина Александровна, пожалуйста, подойдите к зоне вылета двадцать три — сорок четыре.

Меня пробирает от голоса диктора, явно зовущего меня. Конечно, шансы, что здесь есть ещё одна Полякова Екатерина Александровна, высоки, но я чувствую, что там меня ждёт ЗБ, а когда вижу его, то спокойно выдыхаю и ускоряю шаг.

— Здравствуйте! — говорю я и пытаюсь выровнять дыхание.

— Катя, добрый день! Что случилось? Я уже воспринял отключенный телефон за нежелание ехать, — говорит он негромко и благодарит девушку, которая вызвала меня. Я тоже киваю ей и иду следом за ним. Оказавшись в сторонке, ЗБ снова смотрит на меня. — Так что случилось?

— Я устала вчера, не подумала проверить телефон, и он разрядился. Проснулась, только когда брат вернулся со смены. Времени на зарядку телефона не было, поэтому решила ехать сразу сюда.

— А если бы я подумал, что ты не поедешь и отменил командировку? — спрашивает он и разглядывает меня с прищуром, а затем качает головой. — Я пошутил, конечно. Только представил себе, что ты садишься в самолёт, а я не приехал… Это хорошо, если вовремя поймёшь и покинешь самолёт. Впрочем, не обращай внимания! Я порой бываю чрезмерно заботливым. Как ты себя чувствуешь? Выглядишь неважно.

Он тоже это заметил?

Я напряжённо выгибаюсь в спине, расправляю плечи и гляжу на него.

— Всё хорошо, но я не могу выглядеть иначе после такого сна. Спасибо, что заметили.

Я хотела сказать «спасибо за беспокойство», но, кажется, съязвила. Ещё бы этого не хватало. Острый язычок явно придётся усмирить.

— Не голодная? Ты, наверное, и позавтракать не успела, — покачивает головой ЗБ. — Я уже молчу об обеде.

— Всё нормально. В самолёте поем, — говорю ему, но желудок начинает урчать.

— Так дело не пойдёт. В самолёте подают на самые лучшие обеды. Давай зайдём в пиццерию, я с удовольствием выпью стаканчик кофе.