Конечно, для налоговой моя непричастность не сыграет никакой роли, если бумаги попадут в «нужные» руки. Этот момент можно будет урегулировать, но при вливании денег. Очень больших денег. Казалось бы, я только-только начал собирать в кучу «Строй-Инвест». Заложил финансы в развитие и рекламу, а они, к тому же, ещё не успели как следует окупиться. Проблемы в виде налоговой смогут вполне разрушить то, что мне кое-как удалось склеить.

- Ну как уж не убедительно, если ты читаешь эти отчёты? – хохочет Миша, давно переключившись на "ты".

Я разрываю документацию на две части и бросаю её в лицо Сониному бывшему.

Кажется, он злится. Схватывается с места, выравнивается в полный рост и часто дышит. Мише показалось, что с помощью отчётов он сможет управлять мною, как только хочет. Глупый и совершенно недалёкий, если считает, что деньги это первостепенное. Даже если я лишусь компании, я не собираюсь бросать ни Соню, ни Сашу. И уж тем более не поведусь на его дерьмовые запугивания и манипулиции.

- Это были копии! – шипит Миша. – У меня дома предостаточно твоих грязных отчётов.

- Пошёл в задницу, урод, - отвечаю ему, вздымая кулак в воздух.

Мне давно хотелось это сделать. Давно хотелось сломать ему нос или разбить в кровь вечно ухмыляющиеся губы.

Слышится знакомый хруст, и Миша падает навзничь, пачкая алыми пятнами мой идеально-светлый паркет.

- Она же не нужна тебе! - втягивает воздух, закашливается и достает из кармана носовой платок. – Ты не любишь её.

- Ты что ли любишь?

Миша опирается ладонями об пол, пошатывается и всё же поднимается с места. Зря, потому что кулаки ещё чешутся, а он продолжает меня провоцировать.

В кабинет без стука вваливается Лена. Испуганно распахивает глаза, смотрит то на меня, то на Мишу.

- Амир Рустамович, позвать охрану?

- Выйди!

Её не приходится долго упрашивать. Дверь с грохотом захлопывается, и мы вновь остаемся наедине.

- Я люблю её, да, - ухмыляется Миша, вытирая кровь. – И Сашу принял как дочь родную. Если бы ты не появился, она бы меня папой называть стала.

Я замахиваюсь ещё раз и попадаю ему в скулу. Светлая голова неестественно дёргается, тело пошатывается и упирается в стену.

- А потом я заделал бы Соне ещё одного ребёнка... А может и не одного. Попросил бы уйти с работы, купил дачу, и мы счастливо зажили бы всей семьей. Знаешь, судя по тому, что София всё ещё отвечает на мои сообщения и звонки, она сожалеет об измене с тобой.

В этот раз концентрацию теряю я. От его слов, от осознания того, что, возможно, это правда. Неужели жалеет?! Не ожидаю и того, что Миша нанесёт неловкий и не совсем точный удар, разбив мне нижнюю губу.

Солоноватый привкус крови ощущается во рту и действует для меня будто срыв стоп-крана. Хватаю за воротник рубашки Мишу, бросаю его на пол и усаживаюсь сверху, продолжая наносить удар за ударом.

- Она жалеет об измене… - хрипит Миша, пытаясь закрыться руками. – Жалеет, что отдалась тебе. Я прощу её… Вот увидишь, прощу.

Где-то на заднем фоне слышу голоса. Кто-то хватает меня под руки и поднимает на ноги. Костяшки саднят от ударов, перед глазами пелена из злости и ненависти, а сердце колотится словно сумасшедшее и требует новой порции адреналина.

- Амир Рустамович, у вас самолёт, - произносит взволнованно Лена.

Её голос звучит приглушенно из-за шума в ушах. Ощущение такое, будто я длительное время нахожусь под водой.

- Я помню.

- Сейчас попрошу водителя, чтобы вас отвёз. И раны обработаю.

- Не надо, я сам. Всё нормально, Лена, - отвечаю, выныривая на поверхность. – Выведите постороннего из офиса и хорошенько протрите полы в моем кабинете.

На улице я постепенно прихожу в себя. Направляюсь на парковку, всё ещё ощущая во рту металлический привкус крови. Сажусь на водительское место и закуриваю сигарету. Делаю одну затяжку, другую, третью, ощущая, как постепенно отпускает.

На улице солнце жарит нещадно, будто июль месяц, поэтому мне приходится включить кондиционер, чтобы не сдохнуть.

Где-то в кармане звонит телефон. Настойчиво и долго. Достаю его и, не глядя на экран, снимаю трубку.

- Амир, братишка, я уже в самолёте!

- Хорошо тебе долететь, Карина, - отвечаю, прикрывая глаза.

- Представляешь, мама приехала в аэропорт и пожелала мне удачи. Не знаю, что ты ей сказал, но спасибо тебе за всё, мой родной!

Я отключаю телефон с какой-то кривой улыбкой на губах. У меня плохо получается, потому что Миша хоть и не профессиональный боец, сумел здорово рассечь лицо. Но радует то, что я услышал хоть одну приятную новость за сегодняшний день.

Соня .