Дорога до моего дома не занимает много времени. Я сижу, уткнувшись в телефон и пишу сообщение Мише, коротко обрисовав ситуацию. Трубку он не брал, поэтому я решила сообщить ему о нашей прогулке втроем с помощью мессенджера. Когда будет свободен, он обязательно ответит.

Внедорожник плавно притормаживает во дворе. Я вижу издалека свою маму и бегающую с подружками Сашку. Машу им рукой и подзываю к себе.

Амир выходит из автомобиля и оглядывается по сторонам. Волнуется, я это вижу. Лицо серьезное, хмурое, словно высеченное из камня. Надеюсь, однажды наступит тот момент, когда встречи с дочерью у него будут проходить непринужденно.

- За мной папа приехал, - слышу, как поясняет подругам Саша, гордо направляясь к автомобилю.

Мама идёт следом за внучкой. Знаю, она, как и отец, очень злилась на Амира за то, что он предложил мне денег на аборт, не удосужившись поговорить об этом лично. Изменила ли она своё отношение о нем я не знаю, но напрягаюсь, когда замечаю, как внимательно она рассматривает Сабитова.

- Привет, принцесса, - произносит Амир в сторону Сашки.

- Привет, - кивает и даёт ему «пять».

Амиру приходится немного присесть, чтобы заглянуть в озорные глаза дочери.

- Я посмотрел первую часть «Троллей». Ты права, первая не менее интереснее, чем вторая.

Мне с трудом удается сдержать улыбку, потому что его признание сбивает меня с толку. Он, взрослый тридцатитрехлетний мужчина, смотрел мультфильмы? Знаю, что Амир делал это только ради неё.

Немного переговорив о сюжете, Сабитов выпрямляется и бросает взгляд в сторону моей матери.

- Добрый вечер, Анна Ивановна.

- Здравствуй, Амир, - негромко отвечает она и обращается уже ко мне: - Я домой пойду, Сонь. Хорошего вам вечера.

Местом для прогулки Саша выбирает ближайший парк. Там есть батуты, игровая зона и летние кафешки с открытой террасой. Если признаться, то я очень сильно проголодалась.

Пока оглядываюсь по сторонам, Амир уже обучает Сашку кататься на электросамокате. Они у многих во дворе есть. Не удивлюсь, если дочь скажет об этом Сабитову, а он тут же выполнит её просьбу одним щелчков пальцев. Это я на свою зарплату не могла себе такое позволить, а он - легко. И от этого становится немного грустно.

Саша уносится к качелям, а мы останавливаемся в стороне, чтобы было удобно за ней наблюдать. Меня радует, что Амир тоже смотрит, а значит, что как только дочь привыкнет к отцу, я смогу спокойно её к нему отпускать.

- Я заказал для нас путёвку на троих, - неожиданно произносит Сабитов, лишая меня дара речи. – В Испанию. Саше должно там понравиться.

Повернув голову, смотрю на его невозмутимый профиль и трижды пытаюсь начать свою пламенную речь с доводами о том, что так не делается.

- Что-то не так? – он переводит взгляд на меня и словно пригвождает к земле.

- Мы не сможем поехать, Амир.

Откашливаюсь, потому что просто обязана доказать свою правоту, но голос звучит тонко и глухо.

- Почему?

- Причин достаточно много, - пожимаю плечами. – Во-первых, Саше скоро в школу.

- Мы успеем, - парирует Амир. – Летим всего на неделю.

- Во-вторых у меня работа. Отпуск в этом году я уже отгуляла.

Сабитов скептически приподнимает бровь, будто задавая вопрос: «Серьезно?». Знаю, что это точно для него не аргумент.

- Ты забыл о том, что я выхожу замуж. Я считаюсь с мнением Миши и сомневаюсь, что такая идея придется ему по душе.

- Мы будем жить в отдельных номерах, если ты об этом, - произносит Амир сквозь зубы. – Моя дочь никогда не была на море. Это не укор, Соня, не смотри на меня так. Я благодарен тебе за то, что ты сделала – поверь мне, я говорю это искреннее. Но, честно говоря, мне совершенно сейчас наплевать на то, что скажет Миша. Все твои аргументы оказались пустыми для меня и выглядят, словно отмазки.

В лёгких становится мало воздуха, а возмущение распирает меня изнутри.

- Ты…

- Мамуль, пожалуйста, давай поедем на море! – откуда ни возьмись появляется Сашка и цепляется в юбку.

Счёт два-один и явно не в мою пользу.

***

Для Сашки поездка на море это приятное времяпровождение и познание чего-то нового, тем более с папой, который готов положить весь мир к её ногам. Для меня это семь дней личного ада, сильной тахикардии и натянутых как струна нервов. По-другому находиться рядом с Амиром у меня просто не получается.

- Ты видел, что она подошла, да? – спрашиваю у Сабитова, кивая в сторону дочери.

Он усмехается и ничего не отвечает. Здесь и так понятно, что да. Они словно молча сговорились против меня.