Леонид Сергеевич протягивает мне чертежи, которые я внимательно изучаю. Хмурюсь, потому что, согласно чертежам, кто-то из наших инженеров и правда просчитался. Осталось только выяснить кто именно. Что должен сделать при этом руководитель? Наказать? Лишить премии? Сделать выговор?
Дверь в кабинет с грохотом открывается и на пороге показывается зам. Злой словно явился из преисподней: глаза горят, рыжие волосы взъерошены. Он смотрит на меня уничтожающим взглядом, потому что явно недоволен тем, что именно я сижу в кабинете начальства. Я, а не он.
- Что ты здесь делаешь? – шипит в мою сторону. – Такие вопросы решаю здесь я, Соня.
- Простите, Степан Анатольевич, но Вы нам мешаете. Разве не видно?
Руководитель «Агромеханика» поворачивает голову в его сторону и, соглашаясь со мной, кивает. Интересно, сколько ещё недовольных моим назначением в этом офисе? Знаю, что точно радоваться будет только Ритка. Зам резко разворачивается на сто восемьдесят градусов и выходит из кабинета, громко стуча подошвами.
«Кто назначил это чудо в юбке?», – слышу его громкий голос, обращенный к Лене.
«Кто же ещё? Шеф, конечно»
Здесь и правда ужасная слышимость. Стараюсь обратить своё внимание на чертежи, но противный гнусавый зама голос отвлекает.
«Ещё бы, задирать юбку перед шефом это вам не пахать по двадцать часов. Попробуй и ты задрать юбку, Лен. Вдруг тоже повыше поставят?»
Щёки вспыхивают от обиды, да и слёзы мгновенно наворачиваются на глаза. Я шмыгаю носом и считаю до десяти.
Он просто злится, Соня.
Зам просто злится за то, что не смог обратить на свою трудоспособность никакого внимания. А я обязательно поплачу потом, позже, как только закончу работу с клиентом. Я должна уметь держать лицо даже тогда, когда на душе очень горько и нелегко.
Глава 25.
***
Вскоре я понимаю, что чертежами «Агромеханика» занималась Рита. Моя Рита.
Меня бросает то в жар, то в холод, когда я осознаю, что Леонид Сергеевич хочет видеть виноватого. Беру в руки стационарный телефон и набираю Лену.
- Слушаю.
- Позови к нам Маргариту, - прошу помощницу. - Скажи, что дело касается «Агромеханика».
Дыхание спирает от мысли, что из-за дурацкой руководящей должности я буду вынуждена отчитывать за некачественную работу лучшую подругу. Знаю, что для Риты привычно выполнять обязанности спустив рукава, но это не мешает мне чувствовать себя перед ней неловко.
Когда дверь в кабинет открывается и на пороге показывается Даня, я удивленно вскидываю брови. Где Рита? Задержалась по дороге?
- Вызывали? – спрашивает молодой инженер, проходя по кабинету.
Он останавливается возле Леонида Сергеевича, крепко пожимает ему руку. Высокий, худощавый, в очках с чёрной оправой.
- Это я занимался «Агромехаником», - поясняет Данил. – Возникли проблемы?
Я, по меньшей мере, удивлена. Этот парень хоть и молодой и работает в компании меньше года, но показал себя толковым специалистом, который никогда не делает такие глупые ошибки. Под мой недоверчивый взгляд, Даня садится напротив Леонида Сергеевича и битый час пытается разобраться с проблемой. Я уже не вникаю в суть. Нить споров теряется в моей голове, и я расслабленно откидываюсь на спинку кресла.
Всё же быть руководителем это не моё. Я слишком близко принимаю всё к сердцу, но несомненные плюсы в назначении тоже есть. Например, когда мы заканчиваем с Леонидом Сергеевичем, а Лене срочно нужно показать мне проектную документацию капитального строительства, она уже не вламывается ко мне, а вежливо стучит и только после моего разрешения переступает порог кабинета.
***
- Что заказывать будешь? – спрашивает Ритка, когда мы выходим из офиса пообедать.
- Я не голодна. Закажу себе чай и десерт, наверное.
- Что-то случилось? – щурится подруга. – Ты не в настроении, это видно.
Мне отчаянно не хочется вспоминать слова зама, но они сами лезут в мою голову. Я пересказываю Рите все, что услышала в свой адрес сегодняшним утром. Чувствую себя жалкой и беззащитной, неспособной противостоять взрослому матёрому мужчине.
- Это ни в какие рамки не лезет! – возмущается Рита. – Я бы на твоём месте рассказала об этом Мише, пусть бы перехватил обидчика в темном углу и хорошенько вмазал.
- Ну что ты, Рит. Миша и драки — это совершенно несовместимые вещи.
Мне кажется, мой жених и не дрался-то никогда. Интеллигентный, образованный, в детстве безупречно играл на фортепиано и обожал учиться. Да, мне хотелось, чтобы кто-то более сильный противостоял наглому заму, но поставлять Мишу я бы не решилась.