В ушах начинает шуметь, потому что чёрные глаза Сабитова смотрят прямо в мои и задевают там самые болезненные струны моей души. Тот период своей жизни я предпочла бы забыть. Период унижения, опустошения и страха перед неизвестным будущим. Это сейчас я стала сильнее, отряхнулась и продолжаю идти дальше, в надежде никогда больше не вспоминать девочку Соню, которая действовала чистыми наивными эмоциями, а не здравым смыслом.

- У меня нашлись дела поважнее. Извините, Амир Рустамович.

- Кажется, мы сейчас не в офисе, поэтому называть меня по имени отчеству не обязательно, - хитро прищуривается Амир.

- Извини, Амир, - ёрничаю я.

- Так-то лучше, Соня. Иди. Ты, кажется, на свидание собиралась?

Слегка кивнув головой, направляюсь к автомобилю Миши, ощущая, как трясутся поджилки и глухо бьётся сердце. Я слышу, что Амир заводит двигатель и с громким рёвом срывается с парковки.

Очутившись в салоне белого «БМВ», перевожу дыхание. Миша бережно целует меня в щёку и протягивает букет цветов. Это алые розы с колючими шипами. Вдыхаю сладкий аромат, желая поскорее перебить запах парфюма Амира. Сейчас всё пройдет, я уверена. Всё вернется на прежнюю колею и пойдет в правильном направлении. Второй раз Сабитову не удастся меня сломать.

Миша бронирует столик в «Ривьере». Мы часто ужинаем именно здесь. В заведении хорошая европейская кухня, достойное обслуживание, а также никакого шума и громкой музыки.

- Как прошёл день? – спрашивает Миша, когда я делаю свой заказ из мяса ягнёнка и легкого салата.

- Ты прости, что я задержалась… Слишком много работы накопилось.

- Ничего страшного. Пока тебя не было, я отправил электронные письма поставщикам и сделал парочку важных звонков. Время прошло продуктивно.

Теплая ладонь Миши накрывает мою руку и слегка сжимает. До встречи с ним я не знала, какими могут быть нормальные отношения между мужчиной и женщиной. Так чтобы дарили цветы, подарки, приглашали на совместные ужины и галантно ухаживали.

- Когда ты станешь моей женой, то сможешь себе позволить не работать вовсе, София, - произносит Миша.

Не успеваю опомниться после его слов, как дверь ведущая в зал открывается, и я замечаю Амира. Он медленно обводит взглядом присутствующих, замечает нас с Мишей и заметно ухмыляется, вызывая у меня новую волну раздражения и паники. Почему среди всех заведений города, он выбрал именно «Ривьеру»? Если бы я не знала Сабитова, то подумала бы, что он следил за нами.

- О, Амир Рустамович, - спохватывается Миша. – Подойду поздороваюсь.

- Что?!

Мне хочется умолять своего мужчину никуда не уходить, но он поднимается с места раньше, чем я успеваю подобрать нужные слова.

- Встречались с ним в Москве, - поясняет Миша, кивая в сторону Амира. - Один из лучших застройщиков столицы.

***

- Миш…

- Одну минуту, Сонь, - прерывает меня. – Давно искал встречи с Сабитовым, а тут такая удача.

Он не желает слушать меня, и я остаюсь за столиком одна.

Чувствую, как паника с новой силой окутывает моё тело и заставляет его мелко дрожать. Ладони становятся влажными, поэтому я беру салфетку и нервно мну её в руках, стараясь не смотреть в сторону Амира.

Миша много рассказывал мне о себе. Ему тридцать два, он никогда не был женат. С помощью наследства, оставленного бабушкой, открыл два супермаркета в городе и сейчас готовится к открытию третьего. Я всегда восхищалась его упорством и трудолюбием, потому что работе Миша уделял максимум своего времени, не жалея сил. Когда я впервые познакомила его с дочерью, то это стало решающим моментом, чтобы понять одно: этот человек достоин быть рядом с нами. Саша, конечно же, не стала называть его отцом, но кататься в парке на электросамокатах с Мишей ей очень сильно понравилось.

Делаю несколько глотков воды и непроизвольно смотрю в сторону мужчин.

Миша подходит к Амиру и крепко пожимает его руку в знак приветствия. Он ниже Сабитова ростом, примерно на полголовы, а ещё значительно уже в плечах. Они совершенно из разных категорий, две противоположности. Миша – блондин, Амир – жгучий брюнет… Одергиваю себя, потому что эти сравнения мне не нравятся.

Миша что-то оживленно рассказывает Сабитову, затем указывает прямо на наш столик. Боже, только не это… Нет, нет, не нужно его приглашать к нам! Амир, не скрывая ехидной усмешки, кивает в знак согласия и направляется сюда. В мою сторону.

Язык прилипает к нёбу, а злость раскаленным железом растекается по венам. Зачем Миша так поступает? Почему не спросил у меня, не буду ли я против присутствия третьего человека? А я бы была… Только Миша не посчитал важным задать мне этот простой вопрос.