Как ни странно, но Соня слушается. Стягивает его с себя и опускает на колени, оставшись в тонкой белой майке, которая просвечивает бюстгальтер с кружевами и впалый живот. Хрупкие плечи, светлая кожа, россыпь мелких родинок на груди... Про себя отмечаю, что грудь у неё стала значительно больше с тех пор, как я видел её в студенческие времена.

- Возьми мой пиджак на заднем сиденье.

Наверное, Белова настолько замерзла, что беспрекословно выполняет то, что я говорю.

- Почему мужчине своему не позвонила?

- Он не ответил, - негромко произносит Соня. - Занят, наверное.

Она пожимает плечами и отворачивается в окно. Я тоже устремляю взгляд на дорогу. Скользкий этот Миша у неё. Я и сам не могу обрисовать мужчину, которого готов видеть рядом с Соней, но меня раздирает злость, когда я вижу её с такими. И ведь неглупая она, красивая. С возрастом только краше стала. И фигура что надо, и мордашка. А липнут к ней почему-то недостойные.

- Адрес свой новый назови.

- Откуда ты знаешь, что у меня новый адрес? – Соня кутается в пиджак и, кажется, согревается.

- Приходил в гости три года назад, да соседи сказали, что ты переехала.

София замолкает. Комкает низ пиджака и почти не смотрит в мою сторону о чем-то размышляя.

- Улица Павлова, дом девять, - сообщает чуть позже. - Можешь во двор не заезжать, там въезд неудобный. Я добегу.

Въезд и правда неудобный, но мой вездеход проходит. Останавливаюсь у нужного подъезда, глушу двигатель, выбираюсь из салона и открываю дверцу.

- Спасибо, что довёз, Амир, - как только Соня оказывается на асфальте, то тут же одергивает руку, словно я могу укусить.

Странная она стала, зашуганная. После той ночи больше не может относиться ко мне как к другу? Наверное, было лишним распускать руки и лишать её невинности, но Соня сама попросила, взбудоражив меня своими признаниями. Не знаю как ей, но мне всё понравилось. И честность её, и отдача, с которой она дарила себя…

Мой пиджак на плечах Сони в три раза больше, чем нужно, но выглядит забавно. И ей, кажется, тепло стало, потому что теперь она не дрожит.

- Чем завтра занята? – не отвечаю на её благодарность. – Думал, может организовать встречу одногруппников и посидеть в ресторане?

- Завтра выходной, - отвечает негромко Соня. – Я уезжаю на дачу.

- Со своим? – почему-то бешенство внутри меня бурлит при этом.

- Да, с Мишей.

Соня несколько секунд безотрывно смотрит на меня своими голубыми глазищами, а затем разворачивается и уходит к подъезду. В моем пиджаке. Усмехаюсь, глядя ей вслед и думаю о том, что это даже отлично.

Будет повод ещё раз увидеть её.

***

- Ну наконец-то! – хлопает в ладоши мама, когда видит меня на пороге. – Все давно заждались тебя!

- Прости, были дела, - не вдаюсь в подробности.

Вручаю матери букет цветов и торт, целую морщинистую щёку.

- О, это же «Прага»! – восклицает мама. – И гортензии, мои любимые. Всё-таки хорошо я тебя воспитала, Амир.

Я прохожу в дом, где прошло моё детство и юность. Слышу в гостиной голоса. Меня с трудом можно назвать хорошим сыном, братом или дядей, потому что обычно мои визиты в город, где я вырос, до безобразия короткие и редкие, но семью свою я люблю и никогда не обижу.

Мама так и не прижилась в Москве несмотря на то, что отец звал её к себе. Столица показалась ей слишком шумной, слишком грязной, слишком большой. Мать там задыхалась. Её это: дача, огород, сад, прилегающий лес, где можно собирать ягоды и грибы, а потом всё это варить, сушить, консервировать, чтобы было чем угощать многочисленных гостей, детей и внуков. Отца не стало спустя год как я переехал к нему. Он словно чувствовал скорую кончину, поэтому старался поскорее всему меня обучить, чтобы со спокойной душой отправиться на тот свет. Он быстро сгорел от рака. Считанные месяцы и никакой надежды на выздоровление.

В гостиной накрыт пышный стол с мясными и рыбными блюдами, салатами, закусками, фруктами. Здесь всегда так. Гость не должен уходить голодным из-за стола.

- Амир! - младшая сестра Карина бросается в мои объятия.

Совсем взрослой стала та, которую я до сих пор воспринимаю малышкой. Между нами пять лет разницы и в следующем месяце Карина выходит замуж за уважаемого в городе человека.

И брат со своей семьей тоже здесь. В свои тридцать у него двое детей-погодок и ресторанный бизнес, который приносит ему пусть и небольшой, но стабильный доход.