На всякий случай стучу ещё раз, только теперь уже громче, но дочь никак не реагирует. По телу пробегает неприятный холодок и мне больше не до вежливости: я резко открываю дверь нараспашку и вваливаюсь в ванную, обнаружив Сашку в пижаме и с мокрыми волосами в углу комнаты. Она сидит на кафельном полу и… плачет. Горько и отчаянно, совсем не так как плакала, когда разбила лоб.

- Чёрт! Саш, что случилось? – присаживаюсь рядом, чувствуя, как громко барабанит собственное сердце.

Я уж было подумал, что случилось что-то страшное! Она захлебнулась водой и утонула. Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Осторожно касаюсь крошечного плеча, слегка сжимаю и заглядываю в голубые глаза, наполненные слезами. Что могло произойти? Почему она плачет?

- Что-то не так, Принцесса?

- Я хочу к маме… - отвечает дрожащими губами.

Фух. Выдыхаю. Она устала, сломалась... Ничего страшного не случилось, ей просто не хватает Сони. Наверное, это нормально, потому что Саша находится в чужой квартире с отцом, к которому не совсем привыкла. Я-то дурак думал, что всё смогу и сумею: заменю Соню, пока она в больнице и вполне удачно справлюсь со всеми её функциями. Нифига подобного. Я могу дать дочери всё, но не могу дать главного.

Дочь опускает голову на коленки и начинает всхлипывать. Маленькая, хрупкая, беззащитная… Её плач лезвием проходится по моему сердцу и заставляет его кровоточить. Я не привык успокаивать маленьких девочек и вообще не знаю, как это делается, поэтому действую скорее инстинктивно: подхватываю Сашу на руки и несу в спальню крепко-крепко к себе прижимая.

Опустившись на кровать, просто глажу её по спине и шепчу какие-то глупые и совершенно бессмысленные вещи. Жду, что Сашка покрутит у виска и подумает, что я сумасшедший, но всё равно говорю. Рассказываю о том, что завтра утром мы вместе приготовим куриный бульон и отвезём его маме. Купим по дороге цветы, чтобы ей было приятно. Станем улыбаться, чтобы мама не расстраивалась. А ещё, что мне тоже не хватает Сони и я её понимаю. В какой-то момент Саша замолкает и перестает всхлипывать. Только носом сильнее шмыгает и… неожиданно крепко-крепко обнимает меня за шею.

Сентиментальности во мне ноль, но в этот момент в носу почему-то щиплет, а тепло от объятий дочери быстро-быстро распестряется по телу. Моя малышка. Она прекраснее, чем я мог себе представить.

- Почитаешь мне сказку перед сном? – спрашивает Саша, успокоившись.

- Обязательно.

- А можно тебя ещё о чем-то попросить?

- Говори.

- Посиди со мной пока я не усну, ладно? – просит дочь тихим голосом. - Мама часто так делала, когда мне было грустно или одиноко.

- Посижу, - отвечаю ей. - Посижу столько, сколько нужно.

***

Я честно пытаюсь найти у себя в холодильнике продукты для приготовления чего-то диетического и полезного, что можно привезти Соне и чем позавтракать нам, но проигрываю. Дома я практически не готовлю, предпочитая тратить время более продуктивно. Приходится вновь воспользоваться доставкой еды.

Сашка перекусывает перед мультиками, пока я общаюсь по телефону со Леной и листаю договор с новым подрядчиком. Вчера я терпеливо ждал, пока дочь уснёт, но что-то пошло не так и проснулся я на другой половине кровати от мощного удара в челюсть. Думал, что выступаю на ринге, но ничего подобного - это Сашка во сне брыкалась и пнула меня ногой. Рядом лежала раскрытая книга про принцесс, а будильник играл уже в пятый раз.

- Готова ехать к маме?

- Да! - вскрикивает дочь и бежит в прихожую.

В считанные минуты мы одеваемся и выходим на улицу. По дороге покупаем цветы. Быстро доезжаем до первой городской больницы, поднимаемся в хирургическое отделение и стучим в палату номер пять.

Соня сегодня выглядит гораздо лучше, чем вчера. Цвет лица стал здорового оттенка и даже румянец появился. Губы не сливаются с кожей. Глаза горят, взгляд ясный и осознанный. Она сидит на кровати и разговаривает с кем-то по телефону. Увидев дочь, тут же отключается и разводит руки в стороны для теплых объятий.

- Мой котёнок… Как вы? Справились? – смотрит при этом на меня.

- Вроде как, - отвечаю я, пожимая плечами. – Расскажи лучше, как себя чувствуешь.

- У меня опять температура. Колют антибиотики, от которых всё болит. Я пыталась отпроситься у доктора на линейку, но он разозлился и велел не говорить ему глупости, - жалуется Соня. – Амир, может ты его попросишь?

- Сонь, я считаю, что это лишнее. Тебе только вчера вечером сделали операцию.

- Но я лишь на час… - в небесно-голубых глазах при этом начинают собираться слёзы.

- Ладно, я поговорю, но не обещаю, что из этого что-то получится.

Пока Соня общается с дочерью, направляюсь к лечащему врачу. Благодарю его за проведенную операцию, спрашиваю о прогнозах и анализах и вскользь задеваю тему завтрашней линейки. Вадим Георгиевич категорически отказывается отпускать Соню даже под расписку. Я не настаиваю. Понимаю, что это не шутки.

- Что сказал? – с надеждой смотрит Соня.