Спустя некоторое время девушка сделала первый шаг, открыла дверь и вышла из машины, ничего не сказав. Стас и без слов знал, что она собиралась сделать, и ощущал себя беспомощным и бессильным. Кого винить, если не его самого?

Кира вытащила свой чемодан, подошла к двери и положила ключи на сиденье:

— Вот ключ от дома.

Зачем он ей, раз она уезжает от него навсегда. Стас молчал. Кира бросила на него прощальный взгляд, и потащила свой чемодан в сторону дороги.

Стас открыл дверь машины, вышел и сказал ей в след:

— Если у тебя будет время, навещай бабушку. Она не хочет, чтобы мы расставались, я солгал и сказал, что мы помирились, не хочу, чтобы она волновалась. Если ты к ней не придешь, она точно заподозрит неладное. Сделай это ради нее, хорошо?

— Сделаю, — шаги Киры утихли. Она пойдет на это не ради него, а ради старушки.

Стас сделал несколько шагов вперед, желая удержать ее, но не мог найти причину, по которой она захотела бы остаться, поэтому просто сказал:

— Спасибо.

Кира не обернулась и не ответила, а просто ушла, потащив за собой чемодан. Стас закрыл глаза и опустился на землю, хватаясь за волосы и терзая себя за то, что не удержал ее. Но, вспомнив о бабушке, он заставил взял себя в руки направиться назад в больницу, он не мог показывать свои чувства перед старушкой. Стасу казалось, что сейчас ему в миллион раз хуже, чем когда от него ушла Лариса.

Он вернулся в больницу, бабушка не спала. От того, что она была не в силах внятно говорить, старушка выглядела неважно и была совсем подавлена.

— Хм.. хм, — промычала бабушка.

Стас подошел и взял ее за руку.

— Хм… ммм, — она пыталась что-то сказать.

— Ты хочешь знать где Кира? —спросил Стас.

Старушка кивнула головой.

— Она плохо спала эти два дня, я отправил ее домой, — солгал Стас.

Старушка сжала его руку.

Хотя на языке у нее вертелась тысяча слов, она не могла произнести и одного, ей оставалось лишь сердечно молиться о том, чтобы Стас не расставался с Кирой.

— Засыпай, а я за тобой присмотрю, — Стас погладил бабушку по голове, будто уговаривал ребенка.

В доме у Гусевых.

Вернувшись домой, дети стали разглядывать деньги, подаренные дедушкой Фадеем. Вероятно, он специально снимал их в банке, потому что все купюры были новенькие и их номера шли по порядку.

— Семь тысяч семьсот семьдесят семь, — посчитал Паша.

— Посчитай мои тоже, — протянула своих купюры Маша.

Паша посмотрел на сестру и вздохнул:

— У тебя должно быть столько же.

— Откуда ты знаешь, если ты еще не посчитал?

— Потому что мы брат и сестра, к нам не должны относиться по-разному.

— А ты все равно посчитай, — настаивала девочка. Паше ничего не оставалось, как посчитать подаренные сестре деньги. Маше стало скучно, поэтому она складывала в стопку уже посчитанные купюры, чтобы развлечься.

— Паша, у тебя так много денег, на что ты собираешься их потратить? Купишь мне подарок на Новый год? — спросила девочка.

— Я собираюсь купить маме подарок ко дню рождения.

— Точно, он же после Нового года, — моргнула Маша.

Дмитрий стоял перед панорамным окном и разговаривал по телефону, услышав их разговор, он взглянул на детей. Они говорят о дне рождения Светы? Когда у нее день рождения?

— Позвони мне, когда со всем разберешься.

Человек на другом конце провода ответил: "да". Дмитрий повесил трубку, до Нового года остался один день, а компания только назначила ежегодное собрание. В этом году Дмитрий уделял работе не так много времени, поэтому они запоздали со всеми приготовлениями. Остальные филиалы в стране и за рубежом, так же будут предоставлять отчеты по итогам года.

Как только он зашел домой, ему тут же позвонил Савелий, чтобы обсудить все эти вопросы. Светлана поднялась наверх, дети считали деньги на диване, а Ильи и Елизаветы не было дома.

Он посмотрел на своего сына и спросил:

— Когда у твоей мамы день рождения?.

Паша посчитал деньги и отдал их сестре. Затем мальчик посмотрел на Дмитрия хлопающими от недоумения глазами и воскликнул:

— Ты даже не знаешь, когда день рождения у мамы. И ты ещё мужем её называешься?