Не узнает — значит не будет действовать. Если бы он узнал, то, думала Светлана, Фадей Никонович вряд ли был с ней так суров, как раньше, учитывая то, что она жена Дмитрия. Она поняла, что Дмитрий имел для него большое значение. Что же до фамилии детей, Фадея Никоновича заботило не то, что они не носили фамилию Гусевых, а то, что они не носили фамилию именно Дмитрия. С тех пор как Илья Никитич взял в жёны Елизавету Родионовну, он не питал к Гусеву больших чувств.

Елизавета Родионовна вздохнула с облегчением.

— Тогда хорошо.

Больше всего она боялась доставить Светлане хлопот. Елизавета Родионовна жестом пригласила её сесть на диван. Затем она повелела слуге налить две чашки чая.

— Сегодня мы были на могиле Анфисы. Я хотела позвать тебя с нами, но тебе за детьми нужно следить, поэтому не стала.

Как бы то ни было, Анфиса выхаживала шестилетнего Диму вместо неё. Фадей был с ней чересчур строг, но и извиняться перед Анфисой было не за что. Всё-таки она пошла на это сама.

Елизавета Родионовна отпила из чашки и спросила:

— Что ты хочешь на ужин? Я приготовлю.

— Что угодно, — ответила Светлана. Аппетита у неё не было.

— Вот и хорошо. Посмотрю, что у нас есть, — посмеялась Елизавета Родионовна, потом заметила: — Ты выглядишь уставшей. Сходи отдохни.

Светлана действительно чувствовала себя уставшей. До вечера ещё было время, и Светлана ответила:

— Хорошо, пойду вздремну немного.

— Иди.

Светлана упала на кровать. И сон её был глубоким: солнце ушло в закат — а она всё не просыпалась. И только стук в дверь разбудил её.

— Мамуль, ужин, — позвал Паша.

Светлана встала с кровати, умылась и спустилась вниз. За столом были все, кроме Дмитрия. Она хотела лишь вздремнуть на часок, чтобы потом помочь с готовкой Елизавете Родионовне. А в итоге бессовестно проспала весь вечер.

— Почему не разбудили меня?

— Я и сама справлюсь. Вас дома сколько не было. Только сейчас вернулись. Устаёте небось. Отдыхать вам надо.

Елизавета Родионовна подала Светлане тарелку с супом.

— Зимой нужно горячее есть.

Светлана притянула тарелку к себе и глубоко вдохнула запах горячего супа.

— Спасибо, мама.

Елизавета Родионовна охнула от удивления. Сын никогда не называл её ни «мама», но его жена так сделала, от того на душе её стало тепло.

После ужина слуга прибрал со стола. Елизавета Родионовна взяла на себя уход за детьми Светланы: будь то ванные процедуры или сон — она хотела заниматься этим сама. Да и для детей она уже не была чужим человеком, поэтому они охотно ладили с ней. Это пришлось по душе и Светлане. Как раз пока Дмитрия не было дома, у неё нашлось время побыть одной. Она посмотрела с детьми телевизор, затем поднялась наверх.

Света посмотрела на время: ещё не было девяти часов. После столь долгого сна усталость как рукой сняло. Она умылась и переоделась в белый бархатный домашний халат. С книжной полки она достала свою любимую книгу и села читать на кровати. Время пролетело незаметно, и вот уже стукнуло двенадцать. Сонливость вернулась к Светлане.

Женщина зевнула. Она вложила закладку в место, где остановилась; закрыла книгу, отложила её на стол, расправила постель и выключила лампу возле кровати.

И когда она уже была готова отойти ко сну, она услышала звук открывающейся двери внизу. Посреди тихой ночи этот звук был отчётливо слышен. Светлана вновь зажгла лампу. Вскоре она услышала звуки шагов: кто-то поднимался по лестнице. Шаг за шагом... Наконец, дверь в комнату распахнулась.

В тёплом золотистом свете лампы он увидел жену, сидящую на кровати и смотрящую на него.

— Ещё не спишь?

— Тебя жду.

Светлана увидела что-то белое на плечах Дмитрия и спросила:

— На улице снег?

До Дмитрия дошло, что он вошёл в комнату, не сняв пальто. На плечи его лёг снег, пока он шёл от машины до дома. Он промычал в ответ. Чтобы не впустить холод в комнату, он спустился, повесил пальто в прихожей и вернулся в комнату, закрыв за собой дверь.

Двое сидели на кровати. Светлана смотрела на Дмитрия. Её личико краснело как яблоко, выглядет очень вкусно. Её кожа — гладкая и нежная. Розовые губы подобны лепесткам розы. Она манила его собой. Дмитрий приближался к ней. Светлана почувствовала его дыхание — с лёгким запахом некрепкого алкоголя.

— Ты пил?

— Немного.

Будучи генеральным директором компании, имеющей несколько филиалов, он не мог не выпить на том собрании.

Дмитрий приблизился ещё. Его разгорячённое дыхание обдувало щеки Светланы. Женщина чуть наклонила голову. Дмитрий приставил пальце к её щеке и повернул её голову так, чтобы она смотрела на него.

— Плохо пахнет?

— Алкоголь же. Сам как думаешь?

— Тогда пойду умоюсь. Ты со мной? — Дмитрий ухмыльнулся.

Этим предложением Дмитрий вогнал Светлану в краску. Она оттолкнула Дмитрия.