«Не хочешь есть пельмени своей матери? Что же, тогда придется расправиться со всем тем, что я вместе с детьми наготовила. Даже если лопнешь! Впредь будешь знать, как упрямиться!»

Маша так наелась пельмени, что больше уже не лезло, поэтому Светлана наполнила ещё только три тарелки: для Паши, Елизаветы Родионовны и для себя. Прислуга помогла ей отнести всё к столу.

Светлана взяла самую большую тарелку, от одного вида которой становилось плохо, и поставила прямо перед Дмитрием:

— Ты ведь будешь, да? Это мы с детьми сделали.

Увидев огромную миску с пельменями, на лице Дмитрия невольно застыла гримаса удивления.

Его что, кормят на убой?

— Папа, ты обязательно должен всё съесть. Ты же не хочешь, чтобы наши усилия оказались зря, — умненький Паша тут же догадался, что под всем этим подразумевала мама, поэтому таким образом подыгрывал. Ещё и сестру втянул в этот спектакль. — Маш, ты ведь рада, что папа ест пельмени, которые ты так старательно делала?

— Рада! Пап, тебе нравятся мои пельмени? — девочка заморгала своими чудными глазами, с надеждой спросив Дмитрия.

Мужчина точно воды в рот набрал. Разве мог он сказать, что «нет, не нравятся»?

Он взял вилку и перемешал содержимое в единое месиво, так что теперь это была тарелка с комком теста. Капуста всплыла наверх, а мясо опустилось на дно, так что в каком месте это вообще пельмени — понять было уже невозможно.

— Пап, почему ты не ешь? — девочка спросила без какой-либо задней мысли, испытывая лишь радостное чувство исполненного долга от мысли, что папа сейчас ест приготовленную ею еду.

Светлана «любезно» добавила огромную ложку сметаны:

— Со сметанкой-то повкуснее будет.

— Точно! Пап, без сметаны — пельмени уже не то, — невинно поддакнула Маша.

Елизавета Родионовна немного расстроилась

Сможет ли он попробовать ещё что-нибудь из всех тел блюд, от которых стол ломился, после того как съест это «корыто» пельменей? Поэтому она решила встрять:

— Отдай мне часть, — после чего поставила перед ним пустую тарелку.

Дмитрий, даже глаз не поднимая, зачерпнул пельменное месиво и отправил в рот. Это ведь его любимые жена и дети приготовили. Насколько бы не было тяжко, а съесть придётся. Всем стало понятно, что мужчина готов был самостоятельно справиться с этим блюдом, не желая принимать помощь со стороны Елизаветы Родионовны.

Та в глубине души ощутила прилив горечи. Светлана разложила пельмени в две тарелки и поставила одну перед ней. Она не хотела, чтобы Елизавета Родионовна печалилась или смущалась, поэтому постаралась разрядить неловкую атмосферу:

— Я свою порцию всю не съем, давай я с тобой поделюсь.

Елизавета нарочито вежливо улыбнулась:

— Да, конечно.

Поглотив такую огромную тарелку еды, мужчина плохо спал всю последующую ночь. Постоянно переворачиваясь, он никак не мог лечь так, чтобы боли в животе его не беспокоили.

На следующее утро в больнице.

Этой ночью Стас несколько раз вставал за водой. Бабушка пришла в себя, но сознание её было всё ещё недостаточно ясным, поэтому она снова быстро уснула.

Кира почти всю ночь глаз не смыкала. Только когда за окном появилось утреннее солнце, она прилегла на диван, прикрыв глаза. Стоило только зажмуриться, как она провалилась в глубокий сон. Когда солнце уже взошло, девушка этого даже не ощутила.

Выпивавший всю ночь Стас на утро встал со страшным похмельем, от которого ломило всё тело. Перевернувшись, он лениво открыл глаза, перед которыми предстала малознакомая обстановка. Постепенно вернулись воспоминания о том, как он вчера пил с Итоном и Дмитрием, а потом Итон забрал его домой, а потом… А потом он ничего чётко не помнил.

Сев, мужчина огляделся вокруг, поняв, что Итон, в конце концов, притащил его в больницу. Обведя взглядом помещение, он заметил Киру. Девушка лежала, ничем не накрытая. Хотя в палате работал обогреватель, но на дворе всё-таки зима стояла, так что было достаточно прохладно. Взяв с кровати тонкое одеяло, он подошёл к дивану и аккуратно накрыл девушку. Наклонившись к ней, он заметил чёрные круги под глазами. Очевидно, что она не смогла нормально отдохнуть. Скорее всего, Кира не спала всю ночь, иначе вряд ли выглядела бы такой потрёпанной и уставшей.

Возможно, из-за того, что Стас только-только проснулся и накрыл её своим одеялом, оно вобрало в себя тело его тела. Ощутив прилив тепла, Кира слегка пошевелилась, устроившись поудобнее, продолжила спать.