— Мартин? — зову тихо, подходя к его клетке. — Я принесла тебе… еду. Подумала…. Вдруг ты голоден?

Ступаю ближе к прутьям, вглядываясь в темноту. Но… клетка пуста.

Мои шаги замедляются, и я останавливаюсь в полном недоумении. Прутья целы. Дверь закрыта. Но внутри - никого. Как будто Мартин испарился.

— Мартин?! — окликаю громче, с тревогой. — Это не смешно!

Никакого ответа.

Обхватываю себя руками. Что-то не так. Куда его увели?! Что с ним сделали, а?

Воздух кажется густым и затхлым. Липкий холодок сочится по спине.

Шаг назад. Ещё шаг. Узелок с завтраком всё ещё в руке, но хочется его отшвырнуть.

Мартин исчез. И меня терзают смутные сомнения, что я зря сюда понеслась, сломя голову. Хью меня под замок запрёт, если поймает!

Ещё раз оглядываю пустую клетку. Сомнений быть не может, здесь никого нет. Но Мартин мог выбраться сам. Кто-то его увёл. Надо убираться отсюда.

Раздаётся скрип.

Вздрагиваю, оборачиваюсь к лестнице. Смотрю вверх как раз в тот момент, когда там гаснет свет. Но отчётливо слышно, как кто-то спускается. Медленно, шаг за шагом. Не Хью. У него походка прихрамывающая. А здесь - уверенное, тяжёлое топанье.

Тень, чёткая, вытянутая, ложится на камень.

Отступаю к стене и судорожно стискиваю сверток с едой. Пальцы дрожат. Когда он выходит из темноты, я уже не дышу.

Да будь он проклят! Ишивари!

На лице у этого гада ледяное спокойствие, но глаза... глаза горят. В руке он держит странный продолговатый артефакт с чёрным сердцем, обвитым рунами, словно змеями. Он излучает болезненный свет, от которого хочется отвернуться.

По спине бегут мурашки.

— Ах вот ты где, — тянет Ишивари и шаг за шагом приближается. — Я как раз собирался тебя навестить.

Отступаю, почти вплотную к стене.

— Зачем? Где Мартин? — спрашиваю хрипло.

— О, его мы… передали по назначению, — он усмехается. — Но тебе не о нём сейчас стоит беспокоиться.

Он вытягивает перед собой артефакт. Воздух вокруг дрожит, камень в стене позади меня словно начинает вибрировать. Во рту появляется солоноватый вкус.

— Что ты собираешься делать? — шепчу. — Если ты думаешь, что Райвен…

— Ты слишком ценная, Дафна. Вельторн хочет тебя, — Ишивари слегка наклоняет голову. — Он знает, как ты важна для Райвена. А значит… ты его слабое место.

— С ума сошёл что ли… — пячусь, и магия уже теплится в ладонях, но…

— Райвен ослеплён тобой и теряет хватку. Самое время использовать это. Я не позволю ему всё испортить, — в его голосе сквозит злость.

Ишивари щёлкает пальцами, артефакт начинает светиться ярче, словно почувствовав мою дрожь.

— Он будет уничтожен. Вельторн получит всё, а ты… — он усмехается. — Ты будешь полезной разменной монетой.

— Не дождётесь, — выдыхаю я, и магия вспыхивает в моих ладонях.

Но не успеваю ударить.

Щелчок.

Артефакт активирует защитные чары, и волна силы с глухим гулом отбрасывает меня к стене.

Боль пронзает грудь. Сжимаюсь, пытаясь вдохнуть, но лёгкие отказываются слушаться. Сверток выпадает из рук.

Ишивари медленно подходит, лицо его искажено.

Печати в темнице вспыхивают. Защитные барьеры, глушащие магию, активируются снова. Меня будто ударяет током - ноги подкашиваются, я валюсь на колени.

— Не стоит, Дафна, — шипит Ишивари. — Иначе будет больно.

Он поднимает артефакт выше, и магическая энергия с шипением тянется ко мне, будто живая. Я сжимаю зубы, готовясь сопротивляться.

Не понимаю, что происходит.

Всё как будто затянуто ватой - движения замедлены, мысли спутаны, тело подчиняется чужой воле.

Артефакт в руке Ишивари тянет меня за собой, словно невидимыми нитями. Я поднимаюсь и иду, спотыкаясь, едва переставляя ноги, не в силах остановиться. В груди пусто, мысли вырываются одна за другой, но тело… не слушается.

— Не дёргайся, — бросает он ледяным тоном, волоча меня по подземному коридору. — Скоро всё закончится.

Ведёт меня не через парадный вход, а через узкий проход, спрятанный за лестницей, в котором пахнет затхлостью и лошадьми. Дальний служебный коридор, о существовании которого я даже не подозревала.

Выход - в самом конце усадьбы, за конюшнями. Там, в тени высокого бука, уже ждёт чёрный экипаж. Лошади топчутся, фыркают, словно им тоже не по себе. Возница сидит, нахохлившись, лицо скрыто шляпой.

— Быстрее, — шипит Ишивари, прижимая меня к себе, когда мы подходим. Его пальцы впиваются в моё запястье, а артефакт в другой руке пульсирует болезненным светом.

Он распахивает дверцу экипажа и с силой заталкивает меня внутрь.

— Отпусти… — шепчу я, собирая последние крохи воли, но слова выходят слабыми, как у смертельно больной.