И я вдруг чувствую, что находиться под его взглядом опаснее, чем сидеть в клетке. Потому что он видит меня насквозь.

— Ты наверняка хочешь объяснений, — роняет он еле слышно. — Что ж, ты получишь их.

Отступает на шаг, словно давая мне передышку, но это иллюзия - его взгляд по-прежнему обжигает, и в нём уже не только холод. Что-то другое тлеет под поверхностью, едва различимое, но такое опасное, что по коже бегут мурашки.

Райвен складывает руки за спиной, поворачивается к окну и молчит.

— Ну же, — горячим шёпотом выпаливаю. — Скажи уже, зачем ты меня позвал. Почему не оставил в темнице, а? Я же такая опасная! Накажешь? Отправишь обратно в подвал? Что тебе надо, Райвен?

Тенаргос не отвечает сразу. И только когда я уже решаюсь сделать шаг назад - подальше от этого ледяного изваяния - он разворачивается. Подходит. Медленно, почти крадучись.

В следующее мгновение его пальцы, горячие и сильные, касаются моего подбородка, требовательно сдавливают его, фиксируя.

Он наклоняется ближе. Дыхание перехватывает, но я не отступаю. Только крепче сжимаю подол платья, чтобы руки не дрожали.

— Не дёргайся, — почти шепчет Райвен, изучая мои глаза, как хищник изучает движения жертвы перед прыжком. — Думаешь, я наслаждался этим? Считаешь, я поверил Ишивари?

Я не отвечаю. Сама не знаю, думает ли он, что я глупа, или просто испытывает мою выдержку. Ему явно нравится это... почти мучительное смирение.

— Я поступил так, как нужно было. Ради твоей же безопасности, — продолжает он, всё ещё не убирая руки. — Потому что, как бы ты ни притворялась сильной… ты не представляешь, в какую игру тебя втянули.

— А ты представляешь? — вырывается у меня чуть хрипло.

В уголках его губ появляется тень усмешки. Не доброй.

— Лучше, чем ты думаешь. — Его пальцы чуть сильнее сжимают мой подбородок. — Думаешь, я от доброты душевной позволил тебе поехать в мой дом, м? Считаешь, я настолько мягкосердечен, чтобы не вышвырнуть из экипажа девчонку, которая мешает давно запланированной операции? Я использовал тебя, Дафна. Вернее…. намеревался использовать. Но ты спутала карты.

В горле застревает вдох. Что? О чём он вообще?

Смотрю на дракона, вытаращив глаза. А он отпускает мой подбородок и проводит костяшками пальцев по щеке. Всматривается в лицо, будто ресницы пересчитывает.

— И как же… я спутала?

Он иронично возводит глаза к потолку. А когда снова смотрит на меня - они уже пылают золотым огнём, зрачки в них вытягиваются.

— Ты мне… приглянулась. Мне и дракону. Ты, Дафна, привнесла в мои мрачные однообразные будни солнечный свет и беззаботность. Это дорогого стоит. Давно я не испытывал ничего даже отдалённо похожего. И эта нездоровая тяга к тебе… — он обрывает речь и хмыкает. Его пальцы уже играются с прядью моих волос. — Я почти сразу передумал возвращать тебя. Уверен, ты не в курсе, но твой отец помогает моему братцу, снабжает его запрещёнными артефактами. Губернатор Дамонтер - один из тех, кто был заинтересован в гибели моих родителей. У них тщательно отработанная схема, которую я сумел раскусить. И ты стала бы разменной монетой в той фальшивой свадьбе. Она же прикрытием была….

Дыхание перехватывает от неожиданности. Хотя - какой неожиданности? Я же видела комнату, набитую артефактами! Потайную! И в голову сразу вкрались сомнения.

Райвен что-то замечает по моему лицу и выпрямляется. Но его рука продолжает блуждать по нему подушечками пальцев, массировать шею. Но я не могу расслабиться. Меня трясёт так, будто замерзаю насмерть.

Дракон чувствует и второй рукой охватывает мою талию. Силюсь отступить, но он как в танце следует за мной, пока я в стену спиной не упираюсь. Вот и всё, тупик!

Его ладонь скользит по моей пояснице. Инстинктивно сжимаюсь, но…. Меня захлестывает волной необъяснимого трепета. Пульс пойманной птичкой в горле дрожит, и ладони чешутся от желания прикоснуться к Райвену. Но я упрямо сжимаю их в кулачки.

— И я подумал, — продолжает он с придыханием, — что не настолько злодей и монстр, чтобы так с тобой поступить - вернуть коварному, бессердечному отцу. Он скорее родную дочь отдал бы на съедение волкам, чем лишился бы сундука золота. И мой шантаж ничего бы не дал, только тебе навредил.

— Кем является мой отец я уже давно сообразила, — дрожащим, но дерзким голоском выдаю я и приподнимаю подбородок. Смотрю в его золотые глаза, чудом не проваливаясь в них. Держусь из последних сил. — Но от тебя такого отношения не ожидала!

Он чуть отстраняется и изгибает иронично бровь.