Горничная звонко хихикает, но тут же прикрывает ладонью рот и убегает. Слышу, как хлопает дверь и фыркаю.

Возвращаюсь в комнату и бреду к кровати, на ходу сбрасывая грязную обувь. Рухаю на покрывало, утыкаясь лицом в подушку. Даже с закрытыми глазами вижу Райвена. Его нахальную и такую… обворожительную физиономию. Хорош, гад чешуйчатый! Вот почему он такой красивый, а?

— Что это было, Дафна? — бормочу в подушку. — Ты вообще в своём уме?

Но я не в силах отмахнуться от мыслей о драконе. Сегодня он был так близко…. Его голос скользило по коже, как прикосновение. Его рука на моем лице, обжигающее дыхание… это не должно мне нравиться. А ведь понравилось.

— Нет, он просто играет, — пытаюсь убедить себя и отрываю лицо от подушки. Луплю её ладонями. — Райвен со всеми ведёт себя обходительно и нагло, уверена. Наверняка все служанки мечтают попасть в его покои. А я… я просто ещё одна дурочка, угодившая в сети дракона.

Но стоит прикрыть глаза, и я снова чувствую его руку, убирающую локон мне за ухо. Его взгляд, этот еле уловимый аромат кожи и древесного дыма с едва уловимыми, терпко-пряными нотками дорогого парфюма….

— А-а-х! — резко выдыхаю и поднимаюсь, спускаю ноги на пол и решительно иду к зеркалу. Отодвигаю вырез платья и смотрю, не мигая. На странное пятно на коже. Оно слегка рыхлое, как ожог, и подозрительно напоминает…. силуэт дракона с расправленными крыльями.

Такую бле-е-едную татуировку, которая буквально на глазах темнеет. Мамочки! Это что же получается, а?

Нет, нет, нет!

Это же не метка истинности?! Или она?

Прикрываю рот ладонью и прячу метку под тканью платья. Пальцы дрожат, глаза влажно блестят, а внутри у меня…. лупит фейерверк. Каких ехидн я так радуюсь?! Почему внизу живота так сладко тянет, а?

Драконьи боги от души надо мной потешаются. Это ж надо так вляпаться!

Глава 24

Утро вырывает меня из сна не лучом солнца, не запахом свежей выпечки и даже не стуком в дверь, а надрывным криком петуха под самым окном.

— Молния, чтоб тебя… — бормочу я, натягивая одеяло на голову.

Бесполезно. Этот крылатый демон явно решил, что спать вредно, а всех окрестных обитателей нужно будить не позже рассвета. Поднявшись с постели, я с тоской смотрю на уютное мягкое одеяло. Как же не хочется вставать…

Надеваю простое платье из тех, что нашла вчера в шкафу, и заплетаю волосы в косу.

Спускаясь по лестнице, я мысленно надеюсь, что не встречу его - слишком свежи воспоминания о кабинете, взгляде, голосе, его… теле в опасной близости. О метке истинности. Ох, она больше всего меня беспокоит.

Но, к счастью - или к сожалению, - Райвена нигде не видно.

На кухне царит какая-то колючая тишина. И как только я переступаю порог, она становится ощутимее.

Все здесь - те же лица, что вчера обедали рядом. Но сегодня они словно замирают, как только замечают меня. Кто-то неловко отводит взгляд, кто-то, наоборот, смотрит пристально и с плохо скрываемым осуждением. Как будто я вчера оказалась прямиком в хозяйской койке.

Неловко прочищаю горло и с самым вежливым тоном спрашиваю:

— Доброе утро. Можно мне… тарелку?

Никто не отвечает. Только младший поварёнок - совсем юный, с веснушками - тычет ложкой в угол, где стоит чистая посуда. Я киваю, благодарю, сама накладываю себе кашу, беру пару ломтиков хлеба и кружку с отваром.

Сажусь за стол. В тишине. Как прокажённая.

Какое милое утро, правда? Настоящее идиллическое, по-домашнему уютное. Даже кусок в горло не лезет.

Когда почти доедаю кашу, ко мне подходит Доркас. Лицо у неё каменное, губы плотно сжаты.

— Что ж, раз ты теперь работаешь в доме, — говорит она тоном, который отлично подошёл бы для вынесения приговора, — у меня есть для тебя задачи.

Я киваю, жуя с усилием.

— Конечно. Что мне нужно сделать?

Она прищуривается и опирается рукой о стол.

— Иди-ка ты на чердак.

— На… чердак? — переспрашиваю с опаской.

— Ага, — кивает она бесхитростно. — Там бардак. Мусор, пыль, паутина. Разгреби вещи, рассортируй книги. Только ничего не трогай, если выглядит… подозрительно.

— В смысле - подозрительно?

— Если мерцает, шипит, вибрирует или шепчет тебе голосами из прошлого - не трогай. Просто отойди подальше и не трогай.

Я нервно хихикаю. Не уверена, что это была шутка. Да и все присутствующие тихо посмеиваются. Надо мной, полагаю.

Вот так, значит. Доброе утро, Дафна. Вот тебе завтрак с привкусом отчуждения. Теперь я белая ворона, и все меня недолюбливают. А чего я такого сделала, а?

Что ж, пойду искать лестницу на чердак и морально готовиться к встрече с семейкой пауков и парой заколдованных шкатулок.