— Мой братец с детства тянулся к теням, — продолжает Райвен, его отстранённый голос становится ниже. — Тёмные артефакты его завораживали. Их сила, их странные свойства. А отец... он делал всё, чтобы такие вещи не попадали не в те руки. Изымал у тех, кто пользовался ими не по назначению или незаконно. И уничтожал.

Райвен поворачивает голову чуть в сторону, взгляд его всё ещё устремлён в окно.

— Но уничтожить артефакт - не то же самое, что разбить тарелку. У таких вещей есть природа, своя воля и иногда - сопротивление. Необходимы определённые условия, место и защита от чёрной магии.

Он делает короткую паузу. И добавляет, тише:

— Потому отцу приходилось иногда оставлять их на хранение дома. В потайной комнате за шкафом в своём кабинете. Он показал мне вход в неё в день совершеннолетия, полагая однажды передать своё дело по наследству. Но…. Тоже не учёл особенности характера Вельторна. Полагаю, он тогда проследил за нами.

Я осторожно поднимаюсь, прижимая к себе собранные газеты, которые теперь кажутся пылающими углями в руках. Выжидающий взгляд Райвена скользит по мне.

Он медленно разворачивается, опирается на подоконник и складывает руки на груди.

Я перехватываю его взгляд и замираю.

— И... вы думаете, Вельторн… — шепчу и прикусываю язык.

— Я не думаю, — холодно отзывается Райвен. — Я знаю. Только тогда не смог доказать. А сейчас это никому не нужно, кроме меня. Всё, что осталось - слухи и ворох газет в твоих руках.

Он выпрямляется и, грациозно отлипая от подоконника, направляется ко мне. Медленно, уверенно. Я отступаю на шаг, врезаюсь спиной в высокий сундук, с которого совсем недавно смахивала пыль.

Стою, всё ещё дрожа от адреналина, прижимая к груди собранные газеты. Листы шуршат, мнутся, но я не обращаю на это внимания. Смотрю на Райвена и будто впервые вижу его. Не дракона, не злодея, не мужчину, от прикосновений которого у меня перехватывает дыхание…

А человека, которому пришлось пройти через многое.

Он молчит, по-прежнему глядя на меня, но взгляд его уже какой-то… выжженный. Словно воспоминания причиняют ему боль и опустошают.

— Что он сделал? — спрашиваю я негромко. И тихонько двигаюсь в сторону, придвигаюсь к шкафу.

Тенаргос не отвечает сразу. Держит паузу. Я даже думаю, что он не хочет говорить.

Но вдруг дракон устало хмыкает.

— Пробрался в тайную комнату отца. Я долго винил себя, что не предотвратил этого. Но в тот момент находился в конюшне, помогал конюху с жеребцом, который норовил всех лягнуть. А когда услышал крики - было уже поздно.

Он выдыхает сквозь зубы и смотрит под ноги, убирая руки в карманы брюк.

— Думаю, Вельторн активировал один из артефактов. По неосторожности. Или, может… намеренно. До сих пор не знаю точно. Но когда я его нашёл…

Он замолкает и поднимает на меня взгляд исподлобья. На лице не отражается ни одной эмоции. Только ледяное пламя в золотых глазах.

— Он стоял у двери зала и смотрел, как отец задыхается от чёрного дыма, исходящего от артефакта. Не кричал, не звал на помощь. Тупо смотрел.

Я стискиваю газеты сильнее, до дрожи в пальцах.

— А потом? — спрашиваю еле слышно. — Что было потом?

Он коротко качает головой.

— Его забрала наша тётка, взяла под опеку и спрятала от меня. От монстра, — он невесело усмехается. — Тогда меня никто вслух не обвинил. Но я знал - Вельторн что-то наговорил сыщикам. Потом я отбыл учиться в Академию. По настоянию матери - до её гибели она всё успела оформить. Я уехал не споря, выполняя её последнюю волю. А когда вернулся - всё уже было оформлено на брата. В общем, Вельторн оказался при деньгах, титуле и удобной легендой о братце, поджёгшем родной дом. Обзавёлся связями. Тогда я не понимал, чем мог привлечь влиятельных людей подросток-сирота….

Он усмехается - горько, придушено.

— Я выяснил, что тётушка лежит при смерти. Хотя ещё два года назад была бодра, крепка, полна взбалмошных идей. Внезапная болезнь. Неожиданная смерть. И очень удобная для Вельторна. Славная развязка, да?

Он смотрит на меня, прищурившись. Я, застыв, всё ещё сжимаю в руках газеты. И впервые мне по-настоящему страшно. Но не за себя.

Мурашки бегут по спине от услышанного. Не знаю, что сказать. Не знаю, как реагировать.

Райвен приближается неспешной походкой. Останавливается на расстоянии вытянутой руки и скользит по мне взглядом сверху вниз, заостряя внимание на…. груди. Неуютно становится, но не смею шелохнуться. Но в другой ситуации я бы ему всё высказала.

— Неужели парнишка четырнадцати лет на такое способен?! — вслух рассуждаю я и хмурюсь.

— Разумеется, — криво ухмыляется дракон.

— А зачем вы вообще их храните? — спрашиваю с нажимом, кивая на пожухлые листы. — Эти… старые газеты.