Тихонько прошептав: «спасибо за кресло, Вильбо, это именно то, что нужно!», я с энтузиазмом отработала до обеда, то и дело доставая из почтаря письма, треть которых являлась пригласительными на самые разные званые вечера, что, если честно, серьезно удивляло, потому что Бэсфорд не походил на мужчину, который активно посещает светские вечеринки.
В чем подвох?
Нелюдимый, необщительный, замкнутый. Какой смысл звать такого в гости? Чтобы он портил настроение окружающим? Или как? Что я не учитываю? Чтец, как думаешь?
«Есть предположение, что это из-за неженатого статуса», — не очень уверенно произнес мой невидимый собеседник. — «Лорд Бэсфорд — уважаемый и обеспеченный мужчина, участник далеко не одной операции по закрытию разломов, кавалер множества орденов и не очень дальний родственник нынешнего императора по отцу».
Хм-м… Ну, возможно. В любом случае это его дело, не моё. Моё — позаботиться о том, чтобы его ничто не отвлекало от работы!
При этом ближе к полудню в приемную влетел один из магистров со стихийного факультета с жалобой на одного и студентов, и я сразу пропустила его к ректору, но стоило отлучиться на обед, как неприятности подкрались оттуда, откуда не ждали.
Буквально в двух шагах от административного корпуса, откуда я только-только вышла, направляясь в столовую, меня перехватил декан Астон и начал сходу орать:
— Зимайверли, какого дхара?! Почему тебя второй день нет на рабочем месте?! Хочешь, чтобы я тебя уволил?!!
— Во-первых, не кричите на меня, господин Астон, — отбрила я ледяным тоном, дракон аж опешил, пару раз похлопав возмутительно пушистыми ресницами, но я из принципа не акцентировала внимание на его внешности, потому что это было последним, что меня должно было в нем интересовать. — Во-вторых, вы меня уже уволили. Позавчера. Когда в очередной раз довели до нервного срыва своими воплями. С меня хватит! Более прошу не докучать, я занята.
Я попыталась его обойти, но не тут то было — мужчина отмер и снова заступил мне дорогу.
— Нет-нет, погоди! Не так быстро! Что значит с тебя хватит? Ты что, меня бросаешь?!
И так глупо, так по — детски это прозвучало, с такой искренней обидой и негодованием, что я не удержалась, осклабилась и выдала:
— Да!
— Ты… — он начал лихорадочно шарить взглядом по моему лицу, а сам выглядел настолько обескураженным, что мне стоило больших усилий притворяться невозмутимой, — серьезно?!
— Я предельно серьезна, господин Астон, — отчеканила. — Я больше не работаю в деканате стихийного факультета. Можете уточнить этот вопрос в отделе кадров, если не верите мне. А сейчас прошу не задерживать меня, я тороплюсь.
— Нет, подожди! — он снова вспылил и попытался схватить меня за руку, но я дернулась назад…
И на кого-то налетела.
— Аккуратнее, — произнесли за моей спиной подозрительно знакомым голосом с почти привычной неприязнью. Но при этом, что примечательно, аккуратно придержали ладонью под спину, не позволяя упасть. — Декан Астон, что за претензии у вас к моему секретарю?
— К вашему?! — Астон снова вспылил на ровном месте. — Это мой секретарь!
— Лэри Роуленд? — Мне не нужно было смотреть на ректора, чтобы понять, как неприятно ему происходящее. Я вообще-то тоже положительных эмоций не испытывала, но происходящее превращалось в фарс и надо было это уже заканчивать. — Как это понимать?
— Позвольте рассказать по порядку. — Я старалась вести себя максимально сдержанно и профессионально, хотя сильнее всего хотелось послать всех к черту и усвистать в закат. Увы, я еще не накопила столько денег, чтобы делать это без вреда для своего будущего. — Действительно, еще совсем недавно я работала секретарем господина Астона, но в последнее время он стал чрезмерно вспыльчив, придирчив без причины и всего за один последний месяц пять раз довел меня до нервного срыва. Это зафиксировано в лазарете при академии. Позавчера господин Астон в очередной раз сорвал на мне своё дурное настроение, заявив, что я уволена, и это стало последней каплей моего личного терпения. Я поняла, что так не может больше продолжаться. К счастью, в отделе кадров мне предложили вакансию вашего секретаря, господин ректор, чем я с радостью воспользовалась.
Я взяла паузу, краем глаза замечая, что мимо проходят студенты и преподаватели, но при этом стараются обходить нас по широкой дуге, и никто не задерживается, не глазеет. Неприятно, конечно, что декан решил устроить разборки в людном месте на большой перемене, но я как-нибудь перетерплю. Помусолят и забудут.
— Это так, господин Астон? — неприязненно уточнил ректор.
Декан поморщился, бросил на меня мрачный взгляд, полный подозрительного обещания, но кивнул.