Как только наше трио приблизилось, сразу же разделилось. Первая пара — Князь и ангелочек — вышли немного вперед, вставая перед жрецом. Мы с Лукаром сдвинулись, чтобы оказаться за левым плечом правителя, а блондин с нашей куколкой оказались чуть позади нас, но за правым плечом Шамрана. Жрец воздел руки к потолку и завел речитативный напев. Вокруг его ладоней засверкали сперва искорки, плавно переходящие в бабочек. Они плавно подлетели к первой паре, взмахнули крыльями, осыпая брачующихся не то пыльцой, не то потоком магии. А как только речитатив закончился, оба приблизились к белоснежному камню, положили ладони в выемки. Вокруг того места тут же стали появляться серебристые борозды, стекающиеся к чаше. И она сама собой начала заполняться. За два пальца до верха жидкость забурлила. А вот когда успокоилась Шамран взял в руки тот самый кинжал и первым полоснул себе по ладони. Ух, я едва не зашипела. Ему же больно наверное.

Но когда тоже самое проделала Анхала ни разу не поморщившись, до меня дошло: это ведь и нам предстоит то же самое. Мать честная, я же не удержу такой равнодушный покерфейс. И что мне делать?

— Не стоит волноваться, это ритуальный клинок, он сразу и обезболивает, ты ничего не почувствуешь, — едва слышно прошептал Лукар, слегка склонившись ко мне. На меня вроде и накатило облегчение, но не до конца. Все равно было ужасно страшно.

Я во все глаза наблюдала за церемонией, чтобы потом не ошибиться и сделать все так, как они. Вот кровь из раны обоих закапала в чашу, еще раз забурлила. И после того, как гладь стала ровной, первой отпила Анхала, потом передала Шамрану. Тот сделал несколько глотков. Остаток из чаши вылили на алтарь. По всем законам физики жидкость должна была стечь на пол, а вместо этого она стремительно впиталась в камень.

Секунда. Другая. Народ затаил дыхание. Видимо, все лучше знали действие обряда, одна я находилась в неведении. Оттого едва не вздрогнула, когда прямо из центра резко вспыхнули два луча, переплелись между собой, один устремился к запястью невесты, второй обвил запястье жениха. Когда лучи погасли на их месте красовались красивые татуировки. Рисунок со своего места рассмотреть не получилось, но уже одно то, что он появился, вызвало в зале возгласы восторга.

Стоило Князю и княгине отойти в сторону, как их место заняли мы с Лукаром. Процедура повторилась. Как и сказал мой дракон, боли от пореза кинжалом не было, мне удалось сохранить лицо перед гостями. Содержимое чаши на вкус напоминало наш лимонад с мятой. Как и Анхала, я сделала три глотка и передала чашу Лукару. А вот потом процедура немного изменилась. После того, как мой жених вылил остатки на алтарь, тот сразу весь вспыхнул, огонь мгновенно перекинулся на нас, окутывая оранжевым покрывалом. Но как ни странно, жара я не чувствовала, только дыхание своего чешуйчатого на собственных губах. А потом он меня еще и поцеловал, пользуясь тем, что мы сокрыты ото всех.

Когда огонь спал, наши запястья обвивали золотые татуировки с алыми всполохами. Даже жрец впечатлился и прошептал, немного заикаясь:

— Теперь с вами сама Вечность!

— И что это значит? — смолчать у меня не получилось. Но пенять никто не стал, жрец же и ответил, улыбаясь от уха до уха:

— Это значит, юная госпожа, что теперь даже в последующих жизнях вы всегда будете вместе, где бы ни находились, в какой бы семье ни родились, вы постоянно станете находить друг друга, несмотря на социальное положение или любые запреты. Поздравляю!

Мы синхронно склонились и встали на другую сторону, напротив Князя и его избранницы. Теперь очередь третьей пары. Их тоже благословили боги, но немного с задержкой и не так красочно. Но самое главное, что благословения они все же дождались, а это дорогого стоит.

Потом был праздник. Накрытые столы, поздравления, калейдоскоп лиц, имена которых мне так и не удалось запомнить. Я окончательно устала от всего, мне даже кусок в горло не лез, так как стоило что-то положить в рот, как сразу подходили поздравлять. Глотала не прожевывая. А потом и вовсе забила на еду. Только слушала и улыбалась.

Первыми исчезли Князь со своей избранницей. За ними последовали и мы. И если я наивно полагала, что мы сейчас отправимся отдыхать, то глубоко заблуждалась. Лукар повел меня по лестнице наверх. Мы что на крышу идем? Мои догадки подтвердились, мы действительно поднимались на самый верх. Но, чувствуя мою усталость, супруг — аж тепло стало внутри, стоило так подумать — подхватил меня на руки и быстро взбежал по ступеням. Оказавшись на ровной площадке, он хитро усмехнулся и, поставив меня на ноги, сам отошел на несколько шагов. Интуитивно я предполагала, что сейчас случится. И не ошиблась.