— И стоило пройти испытание лабиринтом, чтобы в самом финале провалить его, не распознав самую простую магию воздействия на негативные точки вашего естества? — уточнил Лукар, Князь в этот момент совсем не деликатно отцепил от себя девушек и отошел на пару шагов, глядя на всех с толикой презрения.

— Из вас одна человечка с честью вышла в этом испытании, — бросил Его Сиятельство, даже не удостоив меня взглядом, словно одна эта мысль причиняла ему неприятный зуд.

Зато глава безопасности удостоил меня взглядом, в котором на миг мелькнуло нечто сродни уважения. Грешным делом решила, что мне показалось. Жаль, рассмотреть толком не получилось, мужчина сразу отвернулся. Теперь я смотрела, как невесты, еще недавно готовые перегрызть друг другу глотки, сейчас жмутся одна к другой, стараясь отыскать поддержку и вместе пережить страх перед грозным драконом.

— Шамран, думаю, девушки прониклись ситуацией, как думаешь? — ехидно поинтересовался Лукар, вызвав у меня удивление, как резко он может менять свое настроение. Только полыхал яростью, а в следующее мгновение он пытается издеваться над девицами.

— Вряд ли, Лукар, не тот случай. Но им пора завтракать, а потом будут оглашены результаты испытания, — с ленцой отозвался Князь.

— В каком смысле — результаты? Разве они сейчас уже не ясны? — удивилась Анхала. И получила издевательскую усмешку главы безопасности.

— А вы правда наивно полагали, что презрев внутренние испытания в лабиринте, быстро выскочив из него, тут же получили сразу первое место в испытании? Нет, дамы, только дух лабиринта будет решать, кто и на сколько справился с его заданиями. Он же и озвучит нам результат, а вы пока подкрепитесь. Проходим к порталам.

Ни спорить, ни возмущаться никто не стал, зато вид у всех поменялся. Прибывшие первыми сникли, а те, кто явился последними воспрянул духом, надеясь на удачу. Мне же было… никак. Я еще не разобралась обрадовала меня эта новость или неприятно удивила, хотя подспудно нечто подобное я и ожидала, все ж пару раз читала книги фэнтези про отборы. Жаль, до конца редко доходила, видимо, не те книги мне попадались.

Назад выдвигались таким же составом, на этот раз ни одна из драконниц не возмущалась. И меня уже не сторонились, просто игнорировали. А мне впервые было все равно, я так устала, что ни на что не обращала внимания. Как только оказались во дворце, девушки разбрелись по своим комнатам, чтобы переодеться перед завтраком, или скорее уже обедом. Поднималась последней, благо дорогу запомнила, наверное потому и невольно остановилась, услышав тихие голоса. Прислушалась. Говорили двое. Жаль, голоса не узнала. А ведь затевалось нечто не очень хорошее, потому как одна из девушек убеждала вторую забрать какую-то шкатулку, мол — это верный способ. Но для чего именно — не сказала. Вторая отказывалась, мотивируя тем, что опасно это. Но первая не унималась.

Я настолько глубоко задумалась в своем стремлении услышать как можно больше, что едва не заорала, когда над ухом раздался шепот Лукара, еще и приобнявшего меня во избежания падения. Как вовремя, я действительно едва не навернулась с лестницы.

— Странная у вас привычка оказываться прямо в центре событий. Сперва чай распознали, в лабиринте догадались, как действовать, теперь вот именно вы стали свидетелем заговора против невест Князя.

Он говорил таким тоном, словно обвинял меня. И мне бы разозлиться, но захотелось вдруг расхохотаться. Надо же, вроде и сообщил очевидные факты, а прозвучало как обвинение. Разве я виновата, что действую интуитивно. А еще вспомнила, о чем поинтересоваться хотела.

— Так вышло. А правда, что мне в лабиринте сказали? — и пристально уставилась на дракона.

— И? Я должен сам догадываться, о чем конкретно вы хотите уточнить? Даром предвидения я не обладаю, как бы мне этого ни хотелось, — отозвался мужчина, его кривая усмешка заняла привычное место на губах.

— Попаданки уже не могут вернуться обратно домой. А в случае проигрыша на отборе из в море отправляют. Зачем, кстати, я так и не поняла. Вы потому при нашей первой встрече не стали отвечать? — только потому что я следила за реакцией мужчины заметила, как едва заметно скривился. Но на этот раз умалчивать ничего не стал. Кивнул.