Свишен нельзя было назвать столицей вечеринок и бурной ночной жизни. Здесь царили покой, размеренность и неторопливость. За это я его и любила.

Ресторан, о котором я говорила, располагался на самом берегу озера. Хозяин построил над водой летнюю террасу, и, если учесть, что зимой температура у нас редко когда опускалась ниже десяти, сидеть на ней можно было круглый год. Террасу освещали только фонарики на столах и по углам парапета, отделявшего ее от воды. Поэтому вокруг царил интимный полумрак, который отлично подходил для свидания. Я не воспринимала наш ужин свиданием, но ресторан выбрала не зря. Показалось, что в темноте фон Штару будет спокойнее.

Свободный столик нашелся у самой воды. Фрид делегировал выбор еды мне, и я не стала долго думать. Заказала нам фирменное блюдо – мясной рулет с салатом из красной капусты и картофельные клецки. А пока мы ждали заказ, спросила, не скрывая любопытства:

– Ну как вам?

– Хорошее место, – согласился Фрид.

Рядом с нами темнела вода. Вдалеке плавали лодочки, а на противоположном берегу, почти неразличимые во мраке, горели огоньки санаториев и гостиниц. Фон Штар сидел левым боком к воде, поэтому на его шрамы никто не обращал внимания. Поначалу он, правда, настороженно косился по сторонам, явно чувствуя себя неуютно, но все же расслабился. Плечи распрямились, напряжение ушло, и я решила поговорить.

– Значит, вы приехали из Карендорфа, – забросила пробный камень.

– Да, – коротко ответил Фрид.

– А в Свишен решили перебраться насовсем?

– Посмотрим, как пойдет. – Он дернул плечом, немного помолчал, глядя на воду, и все же признался. – Честно говоря, я слабо представлял, куда еду. Мне просто сказали, что этот город хорошо подходит для отдыха и… лечения.

– Да, – я кивнула. – Вокруг озера много лечебниц с водами, грязями и банями. В одной из них я поправляла здоровье, когда сама здорово пострадала от нежити.

Фрид перевел взгляд на меня.

– Мой первый год после университета, – продолжила спокойно. Не знаю, но как по мне – фон Штар не из тех, с кем нужно избегать травмирующие темы. – В Заграйце, городке неподалеку, два артефактора-недоучки вздумали поиграть с чужеродной магией. Слепили по каким-то странным схемам некромагический артефакт и решили испытать его на кладбище. Идиоты. Конечно, кладбище проснулось. Хорошо еще, что покойники там по большей части лежали смирные. Но парочка особенно прытких успела меня потрепать.

– Сочувствую, – сказал мужчина.

– Меня быстро подлечили. У нас отличные целители.

– Намекаете, что мне стоит посетить эти во всех отношениях полезные заведения? – слабо улыбнулся он.

– Почему бы и нет? – не смутилась я. – Всякий нормальный человек сделает все, чтобы выздороветь.

Нас прервал официант с едой и напитками. Я отрезала кусочек рулета, сунула в рот и блаженно улыбнулась. Говядина таяла на языке. Почему-то у меня так никогда не получалось, даже с самым дорогим мясом.

– Очень вкусно. – Фон Штар первыми оценил клецки.

– Да, – согласилась я. – Может, для вас это слишком простая еда…

– О нет, – он покачал головой. – От аристократии у меня только приставка к фамилии. Вся родовитость закончилась на прадеде, который растратил все семейное состояние на многочисленных любовниц. Так что в еде и быту я совершенно не притязателен.

– Это хорошо, – пробормотала под нос.

Мне очень хотелось узнать больше об этом мужчине. Конечно, я не собиралась лезть к нему в душу, выпытывать подробности несчастья, которое с ним случилось: для этого мы были слишком мало знакомы. Но почему бы не стать хоть немного друг к другу ближе? К тому же если моя навязчивость поможет ему не замкнуться, мне уже будет за что себя похвалить. Думаю, Манн и Ингер подержали бы.

– Да и служба отучила от всякой разборчивости, – вздохнул фон Штар.

– Служба? – переспросила я. Фон Штар так ловко нарезал мясо, несмотря на не слишком послушную левую руку, что я засмотрелась на его пальцы. – Вы ведь следователь, да?

– Да, – не стал отнекиваться тот. – Бывший или нет – не знаю.

– Конечно, нет. Вот поправите здоровье и вернетесь на работу. Да хоть в нашу полицию. А то там как будто бы и работать некому. Сидят всякие Бераны и радуются, когда дело открывать не нужно.

– Не сердитесь на своего следователя, – понимающе усмехнулся Фрид. – Наше дело и правда поначалу выглядело очень сомнительно.

– Да уж, – я вздохнула. – Бедная Луиза Лец. И во что она вляпалась?

– Не похоже, что она погибла в результате неожиданной ссоры или несчастного случая. Убийство выглядит заранее спланированным.

– И в чем мог быть его мотив?

– А вот это очень хороший вопрос. И очень важный.