Хаймер достал из кармана еще один целительский амулет и приложил ко лбу Дилингера. Синяки начали быстро бледнеть. А через минуту Людвиг дернулся и открыл глаза. Сначала его взгляд казался расфокусированным, но потом в нем промелькнула целая гамма эмоций. Осознание, ярость, бессилие. Дилингер зажмурился, дернул руками, обнаружив на них наручники, и выдохнул. Плечи разочарованно опустились.

– Я Витольд Земковиц, – заговорил наш столичный гость. – Следователь по особо важным делам, Карендорф. Вы меня понимаете?

– Да, – глухо ответил Дилингер.

– Людвиг Дилингер, вы задержаны по подозрению в нападениях на Вальтера Сольчика и Конрада Ольстена. А также в убийстве Луизы Лец.

Людвиг рывком поднял голову, упираясь взглядом в сидящую на плече Фрида сойку. Мужчина дернулся, пытаясь встать, но Земковиц толкнул его в плечо. Людвиг упал обратно на стул.

– Все-то вы знаете, – выплюнул он.

– Людвиг, не понимаю, зачем? – не удержалась я. – Зачем все это было нужно?

– Ради магии, конечно, – ответил тот, не сводя глаз с птицы.

– Ты захотел отобрать чужую магию?

– Нет. – Дилингер криво улыбнулся. – Я всего лишь хотел получить власть над своей собственной.

– То есть? – обалдела я.

К Людвигу подплыл туманник. Мужчина даже не обратил на него внимания.

– Выглядит вменяемым, – констатировал менталист. – Можно проводить допрос.

– Может отвести его в местный полицейский участок и допросить там, – предложил Земковиц. – Наверняка пожелает позвать адвоката.

Фрид пересадил сойку на ладонь и прикрыл, словно пытаясь защитить от чужого взгляда, пронзительного и жадного. Дилингер в ответ откинулся на спинку стула и как-то безнадежно рассмеялся.

– Да пошло оно все… Адвокаты, полиция, отец. Я расскажу сейчас.

– Тогда начните с самого начала, – негромко проговорил Фрид.

– Сначала… – протянул Дилингер. Повел плечами, принимая позу поудобнее, уперся затылком в стену и хмыкнул. – А началось это давно. Тогда, когда у меня в шестнадцать лет проснулась магия.

– Проснулась магия? – изумилась я. – В шестнадцать лет?

Никогда даже не слышала о том, что у младшего Дилингера был или есть дар. Как такое возможно?

– Да, – Людвиг усмехнулся. – Магия земли. И у меня появился кьюр. Крыса.

Он глянул на Тери, которая с любопытством выглядывала из кармана Ингера. Крыса тихонько пискнула. Леон тоже инстинктивно прикрыл ее ладонью, слишком уж странным было лицо Дилингера.

– С одной стороны, я был рад, – медленно проговорил наш пленник. – Магия – это то, что здорово выделило бы меня на фоне брата. Но крыса… Крыса меня просто убила.

Я открыла было рот, чтобы возмутиться, но Фрид мягко сжал мои пальцы. Пришлось брать себя в руки.

– Да, не куница, ласка или хотя бы белка, – продолжил Людвиг. – А крыса. Я сразу представил, как надо мной будут смеяться. Поэтому никому не сказал об этом. И решил, что у меня еще может появиться другой кьюр.

– И что вы сделали? – сузил глаза Манн.

– Убить крысу не поднялась рука. Я отнес ее в лес подальше и оставил там. Но крыса вернулась. Я отнес ее снова. Потом снова и снова… Пока очередной раз не стал последним.

Леон осуждающе покачал головой. Тери запищала, и в ее писке отчетливо слышался упрек. А мне захотелось стукнуть этого идиота. Стало до боли обидно за маленького кьюра, который возвращался и возвращался к своему магу, наивно надеясь, что его примут и полюбят таким, какой он есть. Ведь какая разница, как именно выглядит кьюр? Это не просто питомец, чтобы хвастаться перед знакомыми, а друг и часть магической сути. И как же жаль, что Людвиг Дилингер не понял такую простую истину.

– Да-а-а-…. – протянул Людвиг. - Кьюр пропал. Вот только нового не появилось. Я ждал почти год, пока не осознал, что облажался. У меня был источник магии. Но использовать его полноценно я не мог.

Он усмехнулся немного горько. Хотя я сомневалась, что эта горечь вызвана сожалениями по ушедшему кьюру. Нет, Людвиг Дилингер жалел только об упущенных возможностях выделиться на фоне брата.

– Сначала я впал в отчаяние, – продолжил тот. – А потом подумал, что стоит попробовать взять все в свои руки. Не буду утомлять подробностями того, сколько сил и времени я на это потратил. Читал книги, проводил расчеты, даже ездил на открытые лекции в Карендорфский университет.

– Устроился ассистентом в лечебницу Сесилии Нодрак, – добавила я, не удержавшись.