Приемные родители относились ко мне очень неплохо, однако не смогли дать хорошего образования, у них просто не хватало на это средств. Вот почему я поступила в военную Академию и закончила ее на отлично. Ага. Главное, чтобы мне не пришлось это доказывать на деле. Потому, что я понятия не имела, чему меня там учили.

Как говорится: проходила предметы, проходила и… прошла мимо.

А вот дальше… дальше я нашла собственное – Оу! – сообщение о том, что меня взяли помощником арка Мейнарда О'Драго. В закрытой военной сети я обнаружила и перечисление собственных обязанностей, и выдохнула с облегчением.

Мне полагалось составлять расписание арка, принимать заявления от его посетителей и писать ему речи.

Мое рабочее место оказалось в приемной арка. И я, как человек сведущий… в приемных – какой же русский не бывал в приемных поликлиник, чиновничьих организаций – поразилась, что рабочее место Мейнарда О'Драго начиналось сразу же с кабинета.

Однако внезапно мне в затылок подули. Я оглянулась и никого не увидела. Снова, снова эти призрачные явления. Уж не сам ли арк тут хулиганит? При жизни ничего себе подобного не позволял, так решил после смерти расшалиться? Так сказать, наверстать упущенное за 300 лет жизни?

Внезапно стена заколыхалась, словно пошла рябью, и я обнаружила дверь. Ага. Оптический обман. Я об этом читала в виртуале.

Надо приложить ладонь. Дверь открылась – и я вошла собственно в приемную, которая располагалась за кабинетом арка, а не перед ним. Наверное, чтобы посетители не особенно захаживали к начальнику.

Его взгляд даже с фотографий мог убить на месте.

Теперь становилось ясно, почему Гретно не удивился, что я вошла в кабинет арка. Однако напомнил, что я определенно не туда сунула свой незаконнорожденный нос.

Приемная выглядела чистой, светлой и полупустой.

Мне выделили стол, большой шкаф с кучей черных и синих карточек. То бишь, флешек. Какой-то чудной агрегат, подозрительно похожий на пушку… и все.

Так… Значит мне надо разобраться с информацией на флешках и убедиться, что Ленниг не требуется написать речь о том, как Мейнард О'Драго любил домашних питомцев и целовал своих воинов после победы…

…Использование трокка и виртуала давалось мне все легче. В отличие от земного интернета, здесь сеть дробилась на отдельные участки, куда можно было зайти только при наличии допуска и собственно общий интернет.

Заодно я научилась пользоваться устройствами памяти – достаточно было коснуться необходимой флешки рукой, и затем задать трокку поиск устройства. И вуаля! Доступ был открыт.

Из флешек я узнала, что империя Мейнарда воевала с морками – расой полурастений полурептилий. Внешне они напоминали нечто среднее между людьми и крокодилами. Отвращения не вызывали, но и симпатичными не показались. Морки хотели захватить империю, потому что та занимала лучшую часть Галактики, самые благоприятные для жизни планеты и звездные системы. Вполне нормальная ситуация борьбы за ресурсы.

А вот с гибелью Мейнарда О'Драго у меня что-то не складывалось.

Дело в том, что атаковали его корабль в тот момент, когда морки уже начали отступать и смысла в этой акции я не видела. По сути, истребитель морков, который решился на атаку корабля Мейнарда, вел себя как камикадзе. Оставшихся в живых членов команды пытали и убили в имперских застенках. На исход войны акция никак не повлияла.

Уже сейчас морки отступали за рубежи империи. И хотя мирный договор еще не был подписан, все определенно к тому шло.

Официально атаку корабля Мейнарда считали отчаянным ходом неадекватных морков. Однако я не верила, что это так. Судя по тому, как полурептилии вели военные действия, импульсивность и эмоциональность им не свойственна.

Еще один факт вызвал у меня вопрос. После окончательного отступления морков им предложили выделить три планеты на окраине империи. Вполне себе зеленые и плодородные. Без вредных примесей в атмосфере, почве и воде. Без грозных хищников, которые делают заселение сложным, а жизнь опасной.

Мне этот ход правителей империи показался очень странным и нелогичным. Морков разбили наголо. Они в спешке отступили, не имея ни техники, ни живых ресурсов для скорого возобновления войны. Почему же империя пошла им навстречу, хотя могла изгнать из своих рубежей далеко и надолго?

Все это как-то попахивало заговором и подкупом.