Неужели это правда мне причудилось? Или кто-то просто не захотел, чтобы я так думала?

Если бы не болезнь, я бы подумала об этом, но постоянно растущая температура, переходящая в бред, не давала мне глубоко погрузиться ни в одну мысль.

Будто то бедная Ивонна, о судьбе которой я не знала ничего после того, как попросила о помощи Гора, или Элиа, что не откликалась, как я не звала.

В болезненном состоянии прошло несколько дней.

Агнесс всячески ухаживала за мной: давала микстуры, растирала грудь вонючей мазью, чуть ли не кормила с ложечки, меняла бельё, помогала мне переодеваться, прибегала по первому зову.

Слуги вообще были очень восприимчивы к моим просьбам.

В одно утро ко мне в комнату пришла повариха. В белом колпаке и идеально чистой одежде она спросила, чтобы я хотела съесть, ведь ела я очень мало.

Растерявшись, я не знала, что сказать, ведь меня никогда не спрашивали про подобное. Аппетита не было, но я не хотела расстроить женщину.

И тут в воспоминаниях мелькнуло, что однажды в день благословения драконов Жанетт купили на ярмарке красивый пряник в форме звезды. Мне, конечно же, нет.

Это отложилось в голове, как что-то запретно-вкусное. И когда я озвучила просьбу, повариха сначала округлила глаза, а потом довольно хмыкнула.

Через пару часов на столике рядом красовались с десяток «звёзд», а также стакан тёплого молока. Честно, рот тут же наполнился слюной, и я с наслаждением съела их все. Агнесс ещё поцеловал свой кулон и шепнула поварихе, что я выздоравливаю.

К моему счастью, Лазар больше не приходил ко мне, и я была этому рада. В его присутствии я чувствовала ужасную скованность и страх перед своим будущим, и пусть оно было неизбежно, но, не видя Мартена, я успокаивалась.

Однажды, проснувшись рано утром, я снова прислушалась к своим ощущениям, и с радостью отметила, что выздоровела.

В подтверждении моих домыслов в комнату зашла Агнесс, а за ней семеня зашёл лекарь.

— Доброе утро, госпожа, — поприветствовала меня служанка.

— Здравствуйте, Анжелика, — поздоровался доктор. — Как вы себя чувствуете?

— Здравствуйте, гораздо лучше, наверно я поправилась.

Я тепло улыбнулась Агнесс, слегка кивнув.

Лекарь цокнул языком, а потом провёл осмотр.

— Да, вы правы. Болезнь отступила.

— Госпоже можно искупаться? — торопливо спросила Агнесс.

— Да, вы можете возвращаться к своей обычной жизни.

К жизни пленницы. Подумала я, с тоской посмотрев на улицу. Как же мне хотелось на свежий воздух!

Лекарь ушёл, а я впервые встала на ноги после болезни. Меня потряхивало, но я взяла себя в руки, нужно было как можно быстрее восстановиться.

После длительных процедур, я причёсанная и одетая сидела в кресле и листала книгу.

Элиа, отзовись…солнышко моё…

Глупо, но я возненавидела себя. За излишнюю эмоциональность, за иллюзии, в которых мы смогли бы стать с Горой парой, за глупость, что впустила недозволенное чувство к человеку, что выше меня по положению.

Каждый сверчок, знай свой шесток.

Теперь я могла лишиться магии, феникса, и...друга, с которым так здорово было поболтать.

Даже заклинание по смене зрения не работало, и это вгоняло в отчаяние.

Строчки плыли от накативших слёз, и я не сразу увидела, как дверь открылась.

Агнесс зашла ко мне, держа в руках длинную прямоугольную коробку.

— Госпожа — это для вас, — радостно сказала она, с нескрываемым детским восторгом.

Я не могла не улыбнуться, видя, как женщина буквально ждёт разрешения, чтобы узнать, что нам привезли.

— Открой, пожалуйста...

Служанка, ловко развязала ленту и открыла коробку. Из-под банта выпало послание, которое я подняла.

Несколько слов аккуратным почерком.

На улице ветрено.

Перечитала, ещё раз, не веря своим глазам. Агнесс тем временем достала из коробки тёплую накидку, отороченную дорогим мехом, новенькое шерстяное платье, мягкие рукавички и расшитый платок.

— Как-а-а-а-я красота... — протянула служанка.

— Господин разрешил мне выйти? — переспросила, не веря самой себе.

— Позади дома сад, думаю, он это имел в виду.

Боги! Мне было всё равно. Я так хотела на воздух, что меня бы устроила открытая дверь на улицу.

Нетерпеливо переоделась и вместе с Агнесс вышла на задний двор.

В воздухе пахло весной. Снег местами растаял, оставив тёмные проплешины, в голых ветках сада выл ветер, где-то звенела капель.

Втянув носом воздух, я посмотрела на тяжёлое небо и улыбнулась.

Как же хорошо!

— Пойдёмте по мощёной тропинке, — предложила Агнесс, и ноги сами понесли меня.