Он легко достал вазу, набрал в нее воды, поставил лилии и, привалившись бедрами к столу, сощурился. Я любовалась им, наблюдая за каждым простым жестом, каждым действием: мне хотелось все время смотреть на него, чтобы навсегда впитать в себя то, что и как он делал, и запомнить его таким, как сейчас.

Навсегда запомнить.

– Ты мой подарок на праздник?– поддразнила я.

Он тихо рассмеялся, опустив взгляд. Я подошла ближе и обняла его за талию, уткнувшись лбом в грудь. Вик тут же обнял меня в ответ.

– Видел миссис Клайд и остался жив. Считаешь, это совпадение или…

Я мягко хлопнула его по ягодице, не отрывая лица, и услышала, как он смеется: почувствовала грудную бархатную вибрацию всем телом.

– Она к тебе уже не так дурно относится,– проворчала я глухо.

– Да, я знаю.

Он поцеловал меня в макушку и с нежностью отстранил от себя, придержав за плечи.

– Вот ты мне сделала сюрприз на прошлый праздник,– с укором сказал Вик.– А сама засела дома, будто затворница.

– Пожалуйста.– Я слабо поморщилась и разгладила на его груди футболку.

Слов на объяснение я не нашла, но он все понимал и так.

Он смолк, посерьезнел, лицо его исказила легкая тревога. Он знал, как я волновалась за него после случившегося в доме Адсилы, знал, что я плохо спала ночами, боясь, что за ним придут, что его найдут, что не все еще кончено и Вакхтерона все же поймают. Однако шло время, и этого до сих пор не случилось. Видимо, Вик был прав и Бен Мейхью поделился своей догадкой только с самыми близкими подельниками, которых тогда взял для расправы над нами.

Но это не значило, что все кончилось. Вот чего я боялась.

Мои синяки быстро поблекли и выцвели. Зажили и раны Вика. Он сам ухаживал за ожогами, не желая обращаться в больницу, чтобы не привлечь к себе внимания большего, чем это нужно. Около полутора или двух недель он вообще не уходил далеко из дома: на его бедрах были водянистые волдыри, которые после прошли, оставив только уродливые рубцы, покрывшие кожу, точно бугристая сеть. И теперь Вик двигался осторожно, стараясь не бередить затянувшуюся кожу. Я знала, что это были не самые страшные ожоги, к счастью, но они оставили гораздо более сильные раны не снаружи, а внутри Виктора Крейна, такой же грубой сетью окутав его сердце. Я знала: Бен Мейхью поджег его не случайно. Он знал, за что Виктор мстил им всем, и решил сделать ему особенно больно, поняв, что физическим увечьем его не сломить.

Притянув Вика к себе за ремень джинсов, я прошептала:

– Больше всего на свете, больше всех подарков, больше любых обещаний и клятв я хочу услышать только, что ты теперь будешь со мной рядом и в безопасности.

Его взгляд смягчился. В уголках глаз появились морщинки от улыбки.

– Глупенькая,– усмехнулся он.– Ты же уедешь в Бангор этой осенью на учебу. Сама делаешь свое желание несбыточным.

Мы оба рассмеялись, я пихнула его в плечо:

– Не в том смысле, Шикоба! Просто… Я хочу, чтобы с тобой все и всегда было хорошо. Ведь я вернусь.

– Да, это время нужно будет просто переждать,– спокойно согласился он, и вдруг в глазах его я заметила теплый, ласковый свет.– Ты будешь возвращаться сюда на уик-энд и каникулы?

– Конечно!

– Тогда я закончу с домом, как следует поработаю над ним, пока тебя нет.

– Составь список всего, что сделал!– погрозила я пальцем.– Каждый раз буду требовать полный отчет!

– Он будет,– усмехнулся Вик.– Господи боже мой, клянусь, он будет.

* * *

Мы праздновали небольшой компанией, это так, и дом был полон голосов, смеха, шума и приятной суеты. Мы позвали Тамару с Майклом, и они ненадолго заехали к нам, чтобы подарить мне простой букет гортензий и толстовку с вышивкой университета Бангора, куда я поступила. Развернув серебряную бумагу, я прослезилась и крепко обняла их. Задерживаться надолго ребята не стали: они хотели побыть друг с другом больше, чем с нами.

Хэлен подарила мне бархатный фотоальбом, куда она вклеила разные семейные фотографии, включая те, что сняла в доме Крейна, когда у нас гостили близнецы Каллигены, а потом сделала наш с Виком снимок на полароид – и общее фото тоже. Вик попросил:

– Малышка, щелкни еще разок. Хочу, чтобы у меня была хоть одна фотография с Лесли.

Он обнял меня, привалившись щекой к макушке, и я обняла его за талию.

– Готово!– довольно объявила Хэлен, когда карточка выползла из фотоаппарата.

Она помахала ею, чтобы проявить снимок быстрее, и вручила Вику. Он усмехнулся, посмотрел на наше фото поближе, зачем-то потер щеку. Я поглядела на него из-за плеча и скривилась:

– Ужасно здесь получилась!

Но он лишь мягко разгладил глянцевую бумагу большим пальцем там, где было мое лицо, и убрал карточку в карман джинсов, не сказав ни слова.

Дафна и Джонни вручили мне электронную книгу, и я ужасно обрадовалась ей.

– Так легче будет учиться,– пояснил Джонни.– Не придется таскать кучу книжек.

– Ты хотел подарить ей гель для душа,– недовольно проворчала Дафна.– Это я придумала подарить книгу.

– Ну конечно, конечно, подставляй меня полностью.

– Тебя и подставлять не надо, сразу видно, кто в наших отношениях умный, а кто…