А когда он остановился на краю обрыва, по которому торной тропкой вилась узкая-преузкая дорожка, выбитая в камне, на миг всем показалось, что они пробудились от глубокого сна, в котором пребывали очень, очень долго. Что сердца их начали биться по-другому, в ином ритме, а во рту остался привкус тлена. Им показалось, они начали что-то вспоминать – большее, чем было раньше. Констанс слабо сжала ладонь Мистера Буги и вгляделась в него получше. Он слегка повернулся к ней, но того, что она хотела увидеть в его глазах, не было.

– Вот оно,– громко сказал Лунь.– Озеро, за которым прячется в своей башне Иктоми. Туда-то нам и надо.

– Гениально,– кисло прокомментировал Майк.– Огромная масса воды – и никакого способа перебраться на другую сторону.

– Может, попробуем вплавь?– спросила Конни.

– А что, если это небезопасно? Вдруг там не вода, а кислота, например?– резонно спросил Мистер Буги.– Нет, нельзя так рисковать. Нужно сначала все разведать.

Но за их спинами уже разгоралось зарево пожара и небо было рубиновым. Вендиго заметно встревожились, вздыбили загривки. Все их естество кричало, как опасен огонь: он топит их кости и превращает в крошево бессмертные сердца.

Нет, не так им хотелось бы закончить!

Пламя распространялось кольцом по всему берегу слишком быстро.

– Все равно нет другого выхода,– быстро сказала Лесли.– И если это так, чего мы ждем?

– Нельзя действовать опрометчиво,– сказал Вакхтерон.– Буги прав. Никто не знает, вода ли это на самом деле. И какими свойствами ее наделила Иктоми. Вдруг дотронешься – до костей проест.

– Кислота не кислота, но в это озеро лучше не соваться, там много чего живет. Однако мы могли бы одолеть это, чем бы оно ни было,– сказал Лунь.– Например, заморозить.

– Каким это образом?– устало спросил Мистер Буги.– Может, ты знаешь такой волшебный способ, как заморозить одной только силой мысли огромное озеро?

Лунь иронично улыбнулся. Ветер донес до него хлопья пепла, взвихрил волосы.

– Я этого сделать не могу, такой силой не владею,– признал он.– Но тот, кто дремлет в этом озере, вполне может. Эй!– вдруг подошел он к самому краю обрыва и сложил ладони рупором.– Эй, ты, старая вонючая шкура! Вставай! Проснись и пой!

Вакхтерон мрачно поглядел на Соню, и та заметно покраснела, скрестив на груди руки.

– У твоего приятеля все в порядке с головой?– спросил он.

– Откуда мне знать,– проворчала она.– Он и раньше себя странно вел, чего ожидать от него теперь?

Майкл истерически рассмеялся.

– Мы сгорим здесь,– жизнерадостно сказал Адам,– сгорим, не сходя вот с этих самых мест.

– Все в порядке,– пробормотала Соня.– Он может казаться идиотом, но делает порой невероятные вещи.

– Он кричит на воду!– жалобно сообщил Теодор.

Лунь тем временем прокашлялся, набрал воздуха в грудь поглубже и закричал громче:

– Ну что же ты?! Я – вот он, здесь! Я взываю к тебе! Подымайся, Отец Монстров!

Ничего не происходило, только пепел летел вместе с ветром. Лунь поморщился:

– Господи, у меня так горло заболит. И надо же столько орать.

– Послушай, пожалуйста, перестань,– смутилась Соня и коснулась его плеча.– Сейчас мы придумаем что-нибудь другое. Может быть, нам поможет Хейока…

Лунь лишь холодно взглянул на нее, и она всплеснула руками:

– Ну да, да, помню, что ты не имеешь к нему почти никакого отношения, кроме того, что ты буквально тень его тени!

Вакхтерон помассировал переносицу.

– Я не хочу никого огорчать,– сказал он,– но мы в полном де…

Лунь помрачнел, выступил вперед, к самому краю обрыва, и вытянул ладонь. Тогда всем показалось, что на плечах его вспыхнули неровным светом серповидные шрамы – вспыхнули и тут же погасли. Но и охотники, и жертвы, все, сохранившие свою человечность в Овхаре, медленно переглянулись.

Ветер тронул рваный плащ Луня и его волосы, всколыхнул одежды, разнес голос громким эхом, прокатившимся в рубиновом небе. И по спине Лесли, прижавшейся к Вакхтерону, пробежала дрожь.

– Нимуэй!– выкрикнул Лунь.– Вставай! Вставай, Тот, Кто Был Изгнан Из Великого Нигде! Нимуэй! Вставай! Нимуэй, Итхаква!

– Итхаква?!– встрепенулся Адам.

Тео забеспокоился:

– Он сказал – Итхаква?!

Вдруг земля дрогнула под ногами, и все смолкли. Тогда Лунь крикнул:

– Всем назад!

И отступил сам, увлекая за собой Соню.