– Как ты можешь ручаться, если не знаешь чья это задумка?

– Я могу.

Ну что за самоуверенность! Конечно, это же его родители. Вероятно, ему трудно поверить, что они могут действовать за его спиной. Но пока я подбирала слова, желая разубедить эту доверчивость, Тарнел серьезно спросил:

– Ты боишься? Боишься за себя?

– Почему ты об этом спрашиваешь? – Опешив, я растерялась от такого вопроса в лоб.

– Потому что мне важно. Мне важно, чтобы ты не волновалась. Тем более о таких мелочах. Теперь ты в безопасности. Есть кому позаботиться о всех твоих проблемах.

И открытый, казавшийся таким искренним взгляд… И все… Мне стало нечем дышать. И почему я так реагирую? А он? Почему он так правдоподобно играет в заботу?!

– Тогда кто это устроил? – Я решительно проигнорировала очередное шокирующее заявление мага.

– Мари, – ладонь мужа медленно прошлась по моим волосам. – Перестань думать об этом? Оставь это мне, хорошо? Я обещаю: ты получишь ответ. И с тобой ничего не случится до этого момента.

– Значит, ты что-то делаешь? Ищешь того, кто разместил изображение в «Вестнике»? Есть предположения как оно могло появиться?

Тарнел тяжело вздохнул и, смирившись с невозможным, отбросил подушку в сторону, садясь рядом. Одеяло при этом скользнуло вниз, оголив его торс. Мне пришлось спешно отвести взгляд.

– Мари, давай сейчас раз и навсегда закроем эту тему? Просто прими: ты узнаешь правду, и с тобой ничего не случится. Ты в безопасности. Прекрати тревожиться по пустякам и… просто живи.

– Но как?.. – Меня оборвали строгим взглядом, пришлось смириться. – Хорошо, я больше не буду касаться этой темы. Если ты уверен, что моя помощь не требуется? Нет? Ну что ж, тогда я проживу этот год как ты и советуешь, не тревожась о лишнем.

– Почему только год?

– Мы же договорились, – напомнила я. – Через год найдем способ незаметно расстаться. К этому моменту, я надеюсь, все тайное уже станет явным.

– Ааа… понятно, – маг озадачил меня своей реакцией. – Тогда сейчас давай еще поспим, до обеда полно времени.

– Ну уж нет, – возмутилась я очередной попытке завалить меня на подушки. И тут же замерла, осознав, что вчера не выполнила задуманное – не доделала подарок матери Тарнела. – Пусти меня, – утроила я попытки прорваться к свободе. – Мне надо сделать кое-что важное!

– Что?

– Подарок! Твоей маме! Я вчера не успела…

– Пф, – фыркнул маг. – Уверен, она не ожидает от тебя никаких подарков…

– Нет, – перебила я с категоричным упрямством. – Я должна !

Несколько секунд Тарнел всматривался в мои глаза прежде чем со вздохом отпустить.

– Вот же неугомонная…

Но я уже не слышала его бормотаний, несясь к ванной комнате. Вихрем промчавшись там, спешно привела себя в порядок. Как же я накануне умудрилась уснуть, не доделав комплект?

Уже через четверть часа я плюхнулась в кресло, взявшись за иголку. Благо, все детали были раскроены, терпеливо дождавшись меня. Ткань я выбрала наилучшую, опасаясь взыскательного вкуса магини. Нити – тончайшие, но прочные. Собственно, я упивалась каждым стежком, понимая, что получается прекрасное изделие. Ткань и мой эксперимент со шнуровкой-лентой дадут результат – посадка скрасит любую фигуру. Плюс изящный, отороченный кружевом пеньюар. Цвета – кремовый и голубоватый, хорошо смотрелись. Мне было чем гордиться!

Тарнел так и сидел в кровати, наблюдая за мной. Где-то рядом полупрозрачной тенью маячила Лина, неизменно невозмутимо и молчаливо ожидая каких-то моих пожеланий.

– Придется тоже вставать, – с намеком на укор громко заметил муж словно в никуда. – Как уснуть, если ты тут трудишься…

Отреагировав лишь приподнявшимися бровями, я с трудом сдержала ухмылку. Тарнел Фаус сейчас выглядел очень по-домашнему, каким-то сонно-помятым, с разметавшимися во все стороны прядками. Продолжая нарочито негодовать, он ушел в ванную, где провел значительно больше времени. Я успела закончить комплект.

– Все? Можно завтракать?

Я как раз развешивала на плечиках подарок, когда вопрос мага раздался позади. И словно мой живот только и ждал этого вопроса – немедленно заурчал.

– Определенно… – сам себе ответил он и кивнул Лине.

Фантом немедленно исчезла. А меня с неумолимой твердостью взяли за руку и осторожно потянули к выходу из спальни. И я послушно пошла – подарок успела закончить, и кушать хотелось.