Кажется, он сдавленно охнул. Впрочем, причина могла крыться и в острых гранях расколовшейся посуды… Осознав, что возможно причинила новоиспеченному супругу страшные раны, я резко приподнялась, уперев руки в пол по обе стороны от его тела. Наши взгляды вновь встретились…

– У вас кровь! – Вскричал он, уставившись на мой лоб.

– Думаю, это ваша… – пристыженно и очень тихо призналась я, глядя на размазавшиеся над верхней губой алые струйки. – Извините…

Сейчас в полной мере осознав, что сама набросилась на мага, крайне устыдилась. Как можно было так не совладать с собой?..

– Это вы меня извините, я не должен был врываться без разрешения. Как-то не подумал… И я стучал, решил, что вы купаетесь.

Тарнел довольно легко приподнялся и, придерживая меня за талию, резко подскочил на наги. А я, чувствуя давление его ладоней на своей спине, вспомнила что так и остаюсь раздетой. Краска стыда залила, кажется, не только лицо, но и плечи… грудь… По крайней мере именно к ней самопроизвольно ускользнул взгляд мага.

– Отпустите меня! – Вскричала я, заколошматив по плечам мужчины кулачками. – Не смейте смотреть!

Последний вопль получился настолько визгливым, что привел словно попавшего под влияние гипноза Фауса в чувство. Резко тряхнув головой, он быстро поднял взгляд к потолку, а меня, развернув в сторону от места крушения подноса с едой, аккуратно поставил на пол, после чего отступил. И отвернулся лицом к двери.

Тут уже охнула я. Рубашка мага вдоль всей спины была не только знатно заляпана пятнами чего-то мокрого и жирного, но еще местами разодрана, а в части лопаток имелись даже пятнышки крови. В испуге от этого зрелища зажав рот ладонью, я пыталась осмыслить случившееся кровопролитие, когда…

– Я ничего не видел, – решил он повиниться, напомнив о происходящем.

Вспомнив, что важнее спасти честь и репутацию, я сразу метнулась за покрывалом, сдернув его с кровати.

– Да вы просто пялились на меня! – Законно возмутилась в ответ, надежно обмотавшись покрывалом.

– Простите… – скорбно признал очевидное маг. – Просто…

– Что?

– Просто сейчас я вдруг увидел в вас ту женщину с фото…

Я так и застыла, обомлев от его заявления. А пока я была в униформе он во мне ее не видел. Неожиданный поворот… Оценив взглядом ширину плеч мужчины, припомнив слухи о его любвеобильности, я моментально передумала предлагать ему свои услуги по обработке полученных ран.

– Откуда у вас это белье?

Ну вот, он еще и в дамском белье разбирается. Я занервничала, сильнее стиснув края покрывала. К счастью, Фаус младший стоял ко мне спиной и примет паники не видел.

– Это… мое…

– Ого, – голос мага звучал обескураженно, – так под страхолюдными одеяниями семинаристки скрывают такую красоту… кто бы мог предположить…

Он же о белье сейчас рассуждал?

– Нет, – решила все же внести ясность. – У других такого нет. Я немного подрабатываю пошивом женского нижнего белья… А из оставшихся лоскутков атласа и кружев вот и себе сшила…

Признаваться в подобном Тарнелу Фаусу совсем не хотелось, но я не могла оставить его в заблуждении. Еще не хватало, чтобы при следующей встрече он спросил главу семинарии на эту тему. Так старика точно хватит удар!

– Вам… – он сглотнул. – Очень идет.

Что за наглость!

– У вас спина в пятнах и в царапинах, – решила я сменить тему.

– Ох, момент, – и маг вернулся на бренную землю.

В следующий миг, применив магию, вернул спине и рубашке прежний вид. И разруха с пола исчезла вместе с подносом.

– А еду, пожалуй, принесу заново.

– Не утруждайтесь, – спохватилась я, все еще испытывая огромное смущение. – Отправьте магического фантома.

Сама я лишь слышала о таких.

– Подумал, что вы могли не видеть подобного прежде. В первый раз это может немного… напугать.

– Ясно. Тогда я пока искупаюсь, – придумала спасительную причину скрыться.

И сбежала в купальню, оставив мужчину в спальне одного.

В детстве на ферме у бабушки я мылась в бочке. Специальной, имевшей внизу сливное отверстие, которое мы затыкали деревянной же пробкой. Мыть эту бочку было тем еще делом, как и наполнять водой. Поначалу этим занималась бабушка, позже – я. К счастью, нагревать воду получалось магией… Но процесс купания в моем сознании с той поры ассоциировался с большим трудом. Бабушка так и говорила: «Сначала попотеем, затем отмоемся».

В семинарии же и вовсе приходилось довольствоваться тазиком и обтираниями.